Призвание для монашки

Ребенок спал, прижимая любимую игрушку и видя во сне своих родителей. Но лунный лучик тронул ресницы и разбудил ее.

Гоша спокойно спит рядом. Шум прибоя все так же слышен из раскрытого окна. Что тогда меня разбудило? В туалет не хочу.

Светлые маленькие зайчики танцуют на полу, отраженные алмазными крылышками. Огоньки подчиняются некой мелодии и выводят замысловатые фигуры. На моих руках притих лунный свет, так что шевелиться не хочется. Подняв одеяло на нос, я наблюдаю за танцующими живыми огоньками, защищающими мой покой.

Гоша греет щеку, и я опять ищу родителей в своих снах.

Огоньки, луна, дрожащие занавески так похожие на переливы морских волн. Далекий шум взрывающей толщи воды, далекий гул. Там морской народ ходит по дну и волнует море. Зверушки с плавниками и жабрами воруют яблоки, как я из сада.

А может там мертвые?

Зябко поежилась и затащила Гошу под одеяло. Не то, что ж он не укрытый спать будет? Я не боюсь! Просто…

Слабая мелодия донеслась до меня. Такая тихая и нежная, что я выглянула из-за края Гошиной головы.

Мелодичный напев едва слышался, но он все же был! Откинув одеяло и перепрыгивая сторожащие огоньки, я подбежала к окну и замерла.

Ветерок ласково касается рук и лица, на губах остается соленый привкус. Шум волн и волшебная мелодия морских жителей. Мамочка говорила правду! Только… музыка доносилась из-за сада, со стороны… семейной усыпальницы…

Там ведь мама и папа сейчас спят! А вдруг уже проснулись! Ведь обещали меня не бросать! И сейчас они зовут меня!

Схватив Гошу, я осторожно побежала на улицу.

Почти кубарем вниз по лестнице. Перепрыгивая скрипучие половицы. Сквозь любезно открытые Гошей двери. Через любимый наш сад, где в кустах малины однажды застрял мой друг. Он тогда был весь красный, будто в крови. Скользя по беседке и сцене для оркестра. Спотыкаясь об опавшие яблоки. Пробегая страшную ограду с шипами и выбегая на очищенную полянку с белым зданием.

Возле склепа стояли белые ангелы, раскрывшие свои крылья.

Ветерок играет перьями и трогает золотые кудри. Вежливо здороваюсь с наблюдателями и представляю мягкого друга. Они тепло улыбаются, разрешая мне пройти в усыпальницу рода Лауфорд.

Я была уже здесь и помню мрачность помещения. Только сейчас этого не было. Исчезло и давление стен на мое тело. Был лишь нежный светло-голубой свет, поднимающийся из-под пола. Мое сердце замерло, а руки ослабли. Гоша выпал и покатился вниз по ступенькам прямо в середину комнаты.