Всем бедам вопреки

- Мы не собираемся причинять вам вреда,- обратилась я к девушке.

- Я знаю,- тихо ответила девушка, слегка качнув головой. Так же я знаю, кто Вы. Оставьте дверь открытой и уходите, Торлак немного перенервничал,- погладила она с нежностью бок Дереея, - как ему станет лучше, мы дадим о себе знать, наверное,- чуть слышно добавила девушка, с нежностью посмотрев на Торлака. Камиллу заберете в дом к отцу, только ее капля крови откроет хранилище с картиной. Поблагодарив девушку за помощь и пожелав ей счастья с Торлаком, вернулись на кухню, оттуда порталом мы втроем вернулись во дворец.

Камиллу решили не будить, неизвестно, как она себя поведет в неизвестном для себя месте, ведь каплю крови для хранилища она должна дать добровольно.

Утром, забеспокоившись, что так и не получила известие от Торлака и его пары Доротеи, попросила мужа перенести меня снова в тот дом. Он, как и ожидалось, был пустым, на столе лежало два письма, одно было адресовано нам с Рэем другое Каролине и их отцу. Наше письмо было написано Торлаком, спокойным красивым почерком, в нем он писал, что уходит со своей истиной парой к себе в деревню в землю оборотней.

Где они проведут обряд по законам оборотней и их семьи. Свое предназначение он читает выполненным, но от дружбы связавшей нас за время поиска картины он не отказывается. Как появится возможность, он навестит нас.

- Все правильно, у каждого своя судьба и свой путь!- тихо произнесла я, прикладывая письмо к своему лбу, чтобы послание наверняка дошло до адресата. Почувствовав теплый отклик письма, улыбнулась, а затем сожгла его прямо в руке.

- Ты даже так умеешь?! – улыбаясь, спросил Рэймонд.

Во дворце было все спокойно, посол терпеливо ждал, пока его дочь проснется и не требовал с ней встречи. Все подготовив, я решила «разбудить» девушку и попытаться убедить ее открыть хранилище и отдать картину с ключом. Сняв заклинание, стала ждать, когда Камилла полностью осознает, где находится, она огляделась и удивленно посмотрела на меня. Приготовившись к истерике и обвинениям, сжала в руке пузырек с успокоительным зельем.

Но девушка на удивление спокойно себя повела и, выслушав мой рассказ, согласилась отдать картину и ключ. Только о своем возлюбленном она отказалась говорить, сославшись на еще не зажившую душевную рану. Через два часа мы все встретились в портальной комнате, девушка держалась холодно и отстраненно. Мы все четверо вышли в портальной комнате особняка посла, которые для него и дочерей снимает дипломатический корпус.