Сердце степи

- Я пойду обратно, - сказал он, доведя её до края торга. - Отсюда сама дойдёшь.

Алай кивнула ему, и он ушёл, заглянув ей в глаза в полумраке.

Кут встретила её на пороге, виляя хвостом так неистово, что всё её хрупкое тело извивалось. Алай присела и обняла её. Кут радостно взвизгнула, умывая её тёплым мокрым языком, и потом, когда Алай нырнула, раздевшись, под покрывало, устроилась рядом с ней золотистым проблеском воплощённого счастья во мраке комнаты.

Сквозь сон Алай слышала, как возвращаются остальные, как ворчит Аха-дада на Охара, и как тот беззлобно огрызается.

Она сонно улыбнулась и позволила ветру сна нести её на холм следующего дня.

- Готовься, сегодня твоя свадьба, - сказала Мулга, теребя её за плечо. - Иди помойся, и я причешу тебя.

- Но...

- Ты хочешь, чтоб я тебя помыла? - переспросила Мулга, и в голосе было что-то, от чего побежали мурашки по коже.

- Нет! - тихо воскликнула Алай. - Я быстро!

Холодная вода озерка расцвечивала кожу красными пятнами. Девушки, которые мылись рядом, хохоча, окатывали друг друга водой из кадушек, смывая мыльную пену.

Алай радостно приветствовали, и, как только она разделась, сразу же встретили ледяными брызгами озёрной воды.

- Ах... - У неё на миг перехватило дыхание, и она схватила свою кадушку, зачерпывая воду. - Ах ты...

Наплескавшись и нахохотавшись вдоволь, они вытирались и одевались, подшучивая друг над другом.

- Счастья нам всем, - сказала тихо Лудым, и остальные подхватили её слова. - Счастья нам всем!

Алай шла, слушая, как позвякивают серебряные подвески на её расшитом уборе.

Жаворонки уже давно почистили серебро своих горлышек и взмыли вверх, растворяясь в пронзительном утреннем небе, не тронутом перьями облаков, обещающем жаркий день. Она поглядывала на Хале, за которым до самого Фадо тянулась горная гряда, и представляла, как взмывает над степью, подобно этому жаворонку, и песня рвётся прямиком из её сердца.

Она стояла, и Мулга прочёсывала её тёмные гладкие пряди от самой макушки до середины бёдер, потом туго заплела косы и вынула из сундука тяжёлые праздничные серьги.

- Это вернёшь, - сказала она, протягивая их Алай. - А это тебе подарок на свадьбу.

Мулга протянула ей витой браслет в виде змеи с глазами из самоцветов, и Алай ахнула. Браслет был так искусно выполнен, что змейка казалась почти живой.

- Мулга... - восхищённо выдохнула она, делая движение, чтобы обнять ту, но Мулга слегка отстранилась, заслоняя живот.

- Иди готовить.