Счастье из другого мира

Неподвижная и страшно бледная, даже под глазами залегли тёмные круги. Светлые волосы рассыпались на подушке. Вдруг до боли захотелось аккуратно пригладить их, провести кончиками пальцев от виска по скуле — к подбородку. Склониться и шепнуть на ухо:

— Я рядом. Хорошо. Всё хо-ро-шо.

И почувствовать, как уходят холод и страх, а к тебе в поиске ласки и защиты прижимается гибкое тело.

Гуннар сделал глубокий вдох, прогоняя наваждение, и, сам не понимая почему, сказал:

— Здесь холодно.

Ени, всё это время стоявшая возле двери, будто так и не осмелившись приблизиться, нахмурилась:

— Не может быть.

Мы следим за температурой в медицинских отсеках. Здесь же…

— Холодно, Ени, — ровным голосом повторил Гуннар.

Она некоторое время посмотрела на него. Поняла. Кивнула и быстро покинула помещение, коротко бросив на ходу:

— Сейчас разберемся.

Тихий щелчок двери, и Гуннар невольно вздрогнул. Он прекрасно понимал, что Ени не слепая. Особенно после того, как сама побывала в шкуре подопытной… и оказалась несостоявшейся истинной парой, пылая страстью к психу-учёному.

И сейчас она вышла не просто так. Регулирование температуры и правда проверят. Но… это можно было сделать, не выходя отсюда, просто послав запрос по виддеру.

Пальцы Юлианны слабо дрогнули. По лицу словно пробежала тень. Она рвано выдохнула, с губ сорвался тихий стон. Гуннар не выдержал и коснулся её волос, неотрывно глядя на лицо. Нет, не красавица по принятым обществом канонам. Но ни в Норге, ни в какой другой из соседних стран никаких канонов толком и нет.

Ибо как им быть там, где для каждого идеал — его пара? Когда смотришь и понимаешь, что тебе больше никто не интересен. И пусть это не сумасшествие. Лишившись пары, ты сможешь есть и пить, даже спать. Но другой вопрос — как ты это сможешь… У всех по-разному проявляется привязанность к паре.

Юлианна приоткрыла глаза. Чуть несфокусированным взглядом попыталась посмотреть вокруг. Еле слышно охнула, когда сообразила, что рядом кто-то есть.

Повернула голову и взглянула на Гуннара. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. И Гуннар чувствовал, что кровь превратилась в жидкий огонь и мчится по венам с такой скоростью, что ещё немного — и превратишься в настоящий вулкан.

— Вы мне снились, — еле слышно сказала Юлианна, уголки ее губ дрогнули в улыбке.

Зелёные глаза словно затуманились. Кажется, сейчас она видела не того Гуннара, что сидит перед ней, а того, что был во сне.