Ваш выход, рыцарь Вешковская!

Как уха в котелке, щедро присыпанная мелкой бурой хвоей и зеленой пахучей ряской. Высоченные ели, в честь которых и назван заповедник, с того берега на этот отбрасывают длинные тени. Прямо до подножья пещеры. И покачивают на ветру лапами. А тени им «отзываются».

- Красота… Ух, ты!

Ну, конечно, как же рыцарю и без него? Слева, у валунов на обстроганном еловом стволе, торчало видавшее виды боевое чучело. Многажды нарощенное по высоте, но, все еще, «неприятельски грозное» (и где он этот раритетный шлем раздобыл?).

Я подошла поближе, померила – макушка как раз на уровне моей. Значит, в последний раз поднимали лет десять назад. И скользнула взглядом правее. На камне рядом – еще один нужный рыцарю атрибут. Карта местности, гордо поименованная «Мои земли». На ней: сама пещера с обозначенным по всем топографическим правилам, выходом, рекой, бором с кривыми елочками и… ага, все-таки, могилой – крестом чуть восточнее вглубь бора. И спустилась глазами вниз. Ниже следовал текст «Правила рыцаря». Оных было шесть, исполненных углем и торжественным детским почерком, уже изрядно размытым. А еще ниже… в рамочке: «Агата Вешковская – моя Дама сердца. Навеки»…

- Тысь моя… майка, - ком внутри дернулся и начал медленно подплывать к горлу. – У-уф-ф… Рыцарь Вешковская, соберись, - и подорвалась к воде.

Ботинки скинула тут же на теплом песке. Следом полетели носки и, закатав до колен штанины, вошла в тихую воду. То, что надо. И еще рукава до локтей подтащила. А потом водяным взрывом - в лицо.

И лишь после краем глаза уловила:

- Задергался… Эй, кто тут уду воткнутой оставил?! Поплавок дергается! Эй! – потому что рыбак из меня, как из рыбы магичка. – Эй! Ник! Ванн!.. Да, чтоб вас, - делать нечего – ухватилась за длинный прут удилища сама.

Соперник, как назло, попался сильно упрямый –нить с поплавком на конце тут же завыписывала кренделя, обозначая его подводные маневры. Я лишь брови сдвинула и перехватила руками сильней. Поплавок, на секунду вынырнув, дернулся и понесся прямо перпендикулярно линии берега:

- Ух, ты!

- Клюет? – тут же сбрякали за моей спиной поленья и Ник, точно такой же босой, подскочил ко мне в воду.

– А я – за дровами отлучился. И всего-то... Клюет?

- А сам что, не видишь? – со всей серьезностью напыжилась я.

Мужчина азартно засуетился:

- Агата, давай, я? У тебя же лопатка? Тебе… ты… упустишь ведь?

- Да с чего, вдруг? – напротив, усилила я на удилище хватку.