Охота на ректора, или Маскарад в академии зельеварения

К вечеру, когда варево настоится, он расскажет ему о втором участнике любовных игр, потом добавит туда цветы белой аклитании, чтобы жидкость забыла о создателе, а пока с отваром для Дарии все закончено. Остался только сюрприз для господина Ларида.

Эдриас поставил на огонь еще один котел, налил туда основу и повторил ритуал – с той лишь разницей, что вместо приятной девчонки вспоминал ушлого председателя торговой палаты. Его надменную улыбку и бегающий взгляд. Наметившийся живот и, кажется, давно испорченный вседозволенностью высокого положения характер.

Снял и этот котел, затушил огонь, отнес варево в специальную тайную кладовку и отправился есть в местную забегаловку. Еще позавчера договорились с приятелем, Тутилем Нутом, позавтракать вместе, и Эдриас, хоть и подустал от зелий, не видел причин менять планы. Это к вечеру, когда все дозреет и вберет силы до конца, он будет замученнее некуда, а утром еще можно успеть несколько раз перевернуть мир. Усмехнулся, радуясь, что Мадрия чем-то занята последние два дня.

Не придется оправдываться за нежелание ходить по операм и болтать после постельных игр.

Обычно по утрам академическая трапезная пустовала. Студенты ели у себя в жилых корпусах, а преподаватели предпочитали завтракать дома. Но для декана рецептурного факультета и хранителя библиотеки нашлись и отдельный кабинет, и омлет с беконом, и ароматный кофе с пышными булочками. Мужчины устроились за столом и, довольные, приступили к трапезе. Тутель без слов выложил перед Эдриасом ничем не примечательную деревянную шкатулку, и декан так же без лишнего сотрясения воздуха спрятал ее в карман.

Только удовлетворенно улыбнулся. Цветы белой аклитании встречались даже реже драконов и, к сожалению, никак не желали расти в саду. Поэтому помощь приятеля была очень кстати. Впрочем, уже много лет у них с Тутелем шел взаимовыгодный обмен: бывший сборщик добывал рецептурнику уникальные ингредиенты, а тот в свою очередь иногда варил не самые безобидные запрещенные зелья. К счастью, Эдриас обладал редким умением обезличивать варево. Даже тщательно изучив его зелье, невозможно было распознать создателя.

– Мы с Алюдом задумали детскую шалость, – без предисловий начал Тутель и криво улыбнулся. – На маскараде… Жизнь готов поставить, что тебе понравится наша затея!

– Рассказывай, – усмехнулся Эдриас, придвигая к себе тарелку с еще горячим омлетом. Не мешало бы покончить с едой раньше, чем она остынет.