Две сестры - 2. Честь рода

Затем так же без спроса выхватила бутылку вина и сделала несколько больших глотков прямо из горла, совершенно не переживая при этом, что о моих манерах может подумать сводный брат.

Алкоголь сделал свое дело. Начавшаяся было мигрень улеглась, оставив как напоминание о себе лишь небольшую тяжесть в затылке. Зрение вновь обрело прежнюю четкость, и пропало ощущение, будто все происходящее является лишь дурно разыгранным спектаклем.

– Ты! – Я невежливо ткнула пальцем в Габриэль, чье хорошенькое личико было еще мокрым от слез.

– Какого демона происходит? С чего вдруг ты устроила это представление?

– Но Гилберт сказал… – Габриэль опять плаксиво скуксилась, однако я скорчила настолько злобную физиономию, что она не рискнула начать новый приступ плача, вместо этого сбивчиво затараторив: – Он сказал, что уедет с тобой. И я подумала… Подумала… Что он бросает меня.

Я хмуро посмотрела на Гилберта. А ведь он обещал мне, что никаких проблем с Габби не возникнет.

Мол, он объяснит ей всю сложившуюся ситуацию.

– Да я даже не успел толком договорить! – обиженно воскликнул он, без слов приняв причину моего неудовольствия. – Габби вылетела из дома, не дослушав и первой фразы. Причем с такой скоростью, что я не сумел ее догнать, хотя и очень старался.

– Позвольте вопрос, – внезапно подал голос Вильгельм, который все это время растерянно переминался с ноги на ногу, видимо, не ожидая, что попадет в такую гущу событий.

– Какой отношение вы, молодой человек, имеете к нашей поездке?

– Вот именно! – воинственно вскинулась Габриэль, почувствовав неожиданную поддержку. – Какое отношение ты, Гилберт, имеешь к поездке Хлои и ее сестры?

– Самое прямое, – уклончиво проговорил Гилберт и замолчал, жалобно на меня уставившись.

Я мысленно выругалась, без особых проблем поняв причины его затруднительного положения. Гилберт по всей видимости не успел предупредить Габриэль о том обмане, который мы приготовили для моего сводного брата.

Будет крайне глупо сказать сейчас, будто он является моим троюродным братом, поскольку Габриэль прекрасно знает, что это не так. Не думаю, что она сумеет удержаться от выражения законного недоумения, а значит, Вильгельм наверняка заподозрит неладное.

– И все-таки? – продолжал настаивать Вильгельм. – Если память мне не изменяет, то вчера речи о подобном не шло.