Сын ветра

По вечерам Яхо пытался мастерить крылья. Белла пыталась ему помогать, хотя, конечно, проку от нее было немного. Но это и не важно, ему было достаточно того, что она рядом.

Яхор, как и все степные юноши, повзрослел быстро. Он вытянулся, догнал в росте приемного отца, немного раздался в плечах. Не красавец — круглое скуластое лицо, узкие глаза, жесткие черные волосы, торчащие ежиком. Какой-то особой силой не обладает, верхом ездит посредственно, не похож на мешок и ладно. Неплохо стреляет из арбалета, а лук ему так не дался.

Он по-прежнему спокойный, даже в чём-то робкий, ни с кем не спорит, совсем не повышает голос. Его не слишком любят (не считая приемной семьи, конечно). Во всяком случае, девушки на него не засматриваются, даже и женихом завидным не считают. Когда в доме появляются Тахир и Сахо — а им уже семнадцать — к Виктории в гости заявляются все кумушки, у которых растут дочери. Их можно понять — близнецы не уступают красотой отцу, к тому же оба уже десятники в личном отряде самого хана. А Яхор — всего лишь приемыш.

Он только рад — девушки ему совершенно неинтересны, да и знает сам о себе, что ни дом, ни семья ему не нужны. Ветер всё нетерпеливее зовет его за собой, всё манит — порой так настойчиво, что надел бы крылья и прыгнул с обрыва в его объятия!

— Тебе уже четырнадцать, — говорит Аяз приемному сыну. Он давно замечает его тоску. — Мы поедем в Галлию, к родителям Виктории. Ты едешь с нами. Будешь поступать в университет, уже пора.

— Смогу ли? — волнуется Яхор. — Там ведь экзамены!

— Сможешь, — уверенно отвечает Аяз. — Ты столько книг прочитал — мне и не снилось. На галлийском и франкском разговариваешь, по-катайски немного пишешь. А с крыльями твоими тебя еще и уговаривать будут.

Крылья у Яхора вышли знатные — ему старший сын Аяза, Раиль, из Катая прислал полые бамбуковые палки, прочные и легкие. Яхор склеил каркас, обтянул кожей — и рискнул, сиганул с обрыва. Убиться бы не убился, внизу река.

Но всё получилось, пусть не летел он, а планировал — при подходящем ветре можно и большие расстояния преодолевать. Был бы он настоящим, полноценным воздушником — точно смог бы и взлететь. А пока только так. Впрочем, у него была мысль, как летать без крыльев.

Если уж Аяз, самый уважаемый Яхором человек во всей Степи, считает, что он готов — значит, так тому и быть. Юноша собирает сундук. Крылья бережно разобраны и сложены на самое дно.