Оборотный Петербург

Тот факт, что прописана девушка в одной квартире с Синицыным же Юрием Владимировичем, с одной стороны настораживал, с другой – подтверждал все сказанное девушкой про брата. Было что-то знакомое в мужском имени, но Вадим решил, что разберется потом. И все равно какое-то нехорошее чувство подняло голову и требовало проверить. Предупредив брата, что отлучится по делам в город, Вадим помчался по найденному адресу.

Около подъезда толпились вездесущие старушки, обсуждая какого-то соседа-депутата, ругая правительство и сравнивая цены в магазинах и на рынках.

Когда Вадим попытался пройти мимо, перед дверью выросла стена.

– Ты куда это, милок, – шагнула вперед бабулька покрепче, уверенно сжимая клюку. – В какой нумер?

– Я… – Вадим растерянно назвал номер квартиры.

– Нет там никого, – сообщила бабка. – Уехали. Оксаночка на даче родителям помогает, а Юрочка работает.

– Спасибо… – мужчина пошел к машине. Значит на даче. И телефон отключен. Вот как теперь сказать сыну, что Оксана больше не приедет?

Тихий писк врывался в сознание, мешая провалиться обратно в сон.

Оксана поморщилась. Вроде она не ставила себе такой противный сигнал на телефон. Следующая мысль напомнила, что ее телефон не умеет так пищать. Юрка, что ли, новым гаджетом обзавелся, а теперь решил опробовать на сестренке. Давно не напоминали, что сестра у него одна? Придется, значит. Нет, брат зараза, и так голова болит, а еще и его пищалки. Сейчас она встанет и устроит ему взбучку.

Девушка открыла глаза. Это где это она? Высокий потолок, приятный для глаз мягкий свет.

Кровать тоже не ее, но изначально Оксана не придавала этому значения. Девушка чуть повернула голову. Все ясно, больница. И как она умудрилась? Вроде собиралась гулять с Вадимом и Сережкой. Последнее, что она помнила, как крикнула об уходе маме с бабушкой. Дальше – пустота.

Не успела она привести мысли в порядок, как рядом возникла девушка немногим старше самой Оксаны.

– Очнулась? Хорошо. Сколько пальцев, – она показала ей растопыренную пятерню.

– Пять, – прохрипела Оксана, – но, если очень надо для статистики или какого исследования, могу сказать и десять.

– Шутишь – это замечательно, – улыбнулась медсестра. – А то твой брат уже штурмовать реанимацию собрался.

– А давно я тут? – задала волновавший ее вопрос девушка.

– Да, пять дней лежала.

– Атас…

– Эй, – девушка сунула ей под нос вонючую вату, – ты куда? Только ж очнулась.

– Не, я просто фигею, – успокоила ее Оксана. – Раз очнулась, жить буду.