Когда случается невозможное. Том 2

В обычное время я бы сдалась, но на днях Наташа рассказала про шикарный лаз в заборе, которым давно и лихо пользовались особенно ушлые ученики. Скромницам-отличницам про такое не говорили, поэтому я о нём и не знала. Теперь осталось его только найти.

Место Наташа описала довольно точно. Придя к забору, я чуть не застонала от разочарования. Он представлял собою сплошное глухое месиво из острых колючек. Лаза видно не было. Решив, что так и должно быть, я исколола все руки, пока не нащупала искомое. Ни капли магии, она бы привлекла внимание.

Просто узкая щель между кустами и холодной землёй. Снег ещё не выпал, но похолодало, а с моря дули штормовые ветра.

Вздохнув, я полезла.

Естественно, зацепилась за колючки, порвала плащ и брюки. Вывозилась в земле, как домашний пёс в дохлой кошке, ещё и щёку расцарапала. Пришлось в экстренном порядке себя лечить, очищать и чинить. На первое и последнее концентрации хватило, со вторым получилось хуже. Очищающее заклинание оставило плащ девственно чистым.

Не то, что грязи, даже краски на ткани местами не осталось. Такое у меня пока постоянно происходит, если вложить в колдовство слишком много сил. Идя по сонному городу в пятнистом плаще, я чертыхалась и корила себя за нетерпеливость и неуклюжесть.

Допустим, я узнаю, что Танарил вернулся. Дальше что? Или узнаю, что пока нет. На что это влияет? Что это изменит? Я обдумывала эти безусловно разумные мысли и продолжала упорно идти в сторону порта. Потому что разумные мысли — это одно, а поведение человека, их думающего, — это совсем другое, подчас совершенно противоположное.

С настойчивостью, достойной лучшего применения, я шла по безлюдным улицам, сопротивляясь ветру и здравому смыслу.

Идти до порта было не так долго, поэтому я ещё даже не все нелестные эпитеты в свой адрес употребила, как оказалась на месте. Тёмная хмарь зимнего утра играла в поддавки с зимним морем. Облака то и дело набегали на две луны этого мира: одна — большая — висела в небе жёлтым диском, а вторая — маленькая — горела ярким светильником.

В порту стояли корабли Ковена: белые деревянные парусники с пиками мачт. Они вразнобой качались на чёрных волнах, издавая недовольное поскрипывание.

Исследовательского корабля не было. Я облегчённо вздохнула и перевела взгляд на горизонт. Из-за тучек вышла луна и осветила судно, возвращающееся к своей пристани. В темноте голубые паруса казались белыми, и корабль словно стремительно двигался по воздуху в мою сторону.