У судьбы две руки

Но ваши друзья отняли у меня ключи, права, наличку и телефон. Так что придется топать пешком. И обходными путями, потому что той дорогой, которая ведет к автомобилю, воспользоваться вряд ли можно. Там наверняка уже расставили караулы.

– Тогда как вы собираетесь покинуть поселок? – удивилась Алина, похоже, уже сомневаясь в правильности своего решения.

– Вылезем через окно во второй спальне. За домом есть маленький проход к хозяйственному блоку, насколько мне помнится, а за ним – стена, за которой – засаженный кустарником пустырь и лес.

Конечно, ваши знакомые могут и там караулить. Но не думаю. Они прочесывают поселок – все пустующие дома, которых тут сейчас много. Помните, я говорил вам, чтобы вы обратили внимание на то, так ли уж поселок населен? Вот то, что в нем мало жителей, сейчас и сыграет нам на руку. Возьмите с собой только самое необходимое, что может поместиться в вашу сумочку. И… есть у вас что‑нибудь обезболивающее?

Алина кивнула, но с места не сдвинулась. Нахмурившись, словно думая о чем‑то неприятном или решая дилемму, она потеребила край домашней кофты, а затем вскинула на мужчину глаза.

– Герман, разрешите мне кое‑что сделать. Только без вопросов. Думаю, я смогу вам немного помочь и без таблеток.

– В смысле?

– Я умею снимать боль.

– Вы что, экстрасенс или кто там еще? – опешил он от такого поворота.

– Я просила не спрашивать, – ответила она ему его же словами, но при этом губы ее дрогнули, и усмешка вышла горькой и жалкой.

 – Мне нужно будет к вам прикоснуться.

Ее смущение оказалось таким забавным, что он невольно улыбнулся:

– Если, конечно, ваши прикосновения окажутся в рамках приличия. Валяйте! Я не ядовитый.

Она промолчала, но густой румянец полностью поглотил ее веснушки. Как ни странно, это показалось Герману неожиданно милым. А сама девица – вполне даже симпатичной.

Но все равно не в его вкусе.

– Садитесь поудобнее, откиньтесь на спинку кровати. И просто закройте глаза.

Сосредоточьтесь на том, что и где у вас болит. Так мне будет легче почувствовать.

– Ну, я могу это и словами сказать. Если так окажется быстрее. Надеюсь, наш «сеанс» не затянется надолго?

– Нет.

– Валяйте, – вновь повторил он и прикрыл, как она просила, глаза. Глупость, конечно. Им сматываться нужно. Дорога каждая минута. Но отчего‑то, не особо веря в «целительные способности» Алины (вообще не веря никому, даже докторам), он ее послушался.