Делайте ваши ставки, господа или Вся жизнь - игра

И он даже может задуматься над своими деяниями, на старости, когда станет немощным или когда с ним приключиться какая-то беда. Но до тех пор он всё так же будет лазить на стол, и воровать колбасу. Он живёт сейчас и не факт, что задумывается о своём будущем вообще. Безнаказанность влечёт за собой жестокость и страсть к новым «приключениям». Но, если я начну его наказывать за проделки, у него выработается инстинкт самосохранения. Он будет знать, что каждое его действие рано или поздно приведёт к необратимым последствиям.

Понимаешь меня? Точно так и у людей. Посмотри на Стивена: убил случайно человека – расплаты не последовало, убил намеренно – отмазался, хуже того, ему понравилось вершить чужие судьбы. И пока он будет уверен, что всё в его руках, и ему за это ничего не будет – он не покается, он и дальше будет творить зло. Думаешь, ему есть дело до того, что расплачиваться за его грехи будут другие? Сомневаюсь. Да, меня нельзя назвать оптимисткой, но такова жизнь. Чтобы стать лучше, надо чувствовать.

– Ты хотела сказать, осознавать?

– Нет, я сказала именно то, что хотела. Все люди осознают вину, но не все хотят чувствовать. Есть масса способов избавиться от боли: игнорировать, искажать реальность, притуплять с помощью каких-либо препаратов, злорадствовать, наконец. Многим ведь нравиться смеяться над неудачами других. Со временем душа черствеет, и жить становится легче. А если ты сам не чувствуешь ничего, то какие угрызения совести понадобятся, чтоб увидеть горе ближнего? Так понятнее? Я считаю, что нет хуже наказания, чем заставить человека почувствовать свою вину, всю ту боль, что он причинил другим.

Вот тогда он задумается, а стоит ли дальше разрушать всё вокруг, стоит ли калечить чужие судьбы?

Ангел не знал ответа. Он молчал. И я решилась прервать эту невыносимую тишину:

– Ладно, так что тебе от меня надо?

– Я пришёл помочь.

– Помочь? Сейчас? Где ты был, когда я действительно нуждалась в твоей помощи?

– Я был рядом, как всегда. Я наблюдал.

Но я не мог вмешаться, не мог вчера помочь.

– Почему?

– Я не должен нарушать правила...

– Правила? Что это за бред такой? О каких правилах идёт речь, если под вопросом жизнь человека, за которую ты отвечаешь?

– У всех есть начальство, которое отдаёт приказы.

– Начальство? Приказы? – я поднялась на ноги, внутри закипала такая злость, о которой я даже не подозревала ранее. Я наступала на него, словно собиралась прорвать последнюю грань обороны.