Истинная для дракона. Меч трёх стихий.

– Это почему я вдруг должна захотеть?

– Ну, он уверяет, что в этих местах пропала его невеста. И есть все основания считать, что ищет он тебя.

– Нет! Уверена, он врёт.

– Ну ты же ничего не помнишь.

– Понимаешь, если при виде человека испытываешь ужас…

– Понимаю, – мой принц притянул меня к себе и осторожно поцеловал в висок. Ну как поцеловал, слегка прикоснулся губами. И я невольно вздохнула, так захотелось большего. Но он уже отстранился. Похоже, сведения о том, что я могу быть чьей-то невестой, воздвигли между нами новый барьер.

– Ладно. Тогда идём, они уехали.

Рэй помог мне подняться.

– Ты дрожишь. Замерзла?

Я кивнула, и как цапля поджала одну ногу, потёрла стопу о голень другой, пытаясь согреть.

Утренний бег по росе полезен для здоровья, если его не очень много. А тут не простыть бы. И при этой мысли я чихнула.

Рэй поднял меч, внимательно осмотрел его и вложил в ножны, а затем привычно подхватил меня на руки, и зашагал к лагерю. Кажется, я начинаю привыкать к такому способу передвижения.

Я уткнулась носом в его шею и вдыхала чуть терпкий запах. А ещё очень хотелось, чтобы он поцеловал меня, как тогда в шатре. Но я просто затихла как мышь под веником, стараясь не думать, может ли у мужчины сохраниться желание защищать девушку, которая недавно уложила его на лопатки.

Не могу понять, почему это произошло. Как я могла не узнать его? Но в миг, когда он оказался рядом, мне померещились жуткие жёлтые глаза с вертикальным зрачком. Ну как в фильмах про драконов. Только эти глаза я и видела.

Морок какой-то. Ну а дальше сработал инстинкт.

– Ротан, поговорить надо, – позвал Рэй, запустив меня в шатёр. – Пойдём, прогуляемся.

Но прежде, чем уйти, Рэй неожиданно вернулся. Я стояла в полной растерянности там же, где он меня оставил, обхватив себя руками за плечи. Та толика тепла, которая мне досталась, пока я ехала на его руках, не согрела меня. Ощущение ледяной корки сковало всё тело.

Не сразу поняла, что я уже в объятиях и меня целуют сначала нежно, потом с всё возрастающей страстью.

Мозг отметил это как что-то мало его касающееся. Да, приятно, но вроде и не со мной. Я даже попыталась отстраниться, но на этот раз Рэй не позволил. Руки ещё крепче сжали меня в объятиях, выдавливая остатки воздуха из лёгких. Поцелуй стал жёстче почти болезненным. Рэй ломал мою отрешённость, отстраненность, и я на физическом уровне услышала, как затрещала корка льда. Жар от губ и языка распространялся по телу, ломая лёд изнутри. И меня начало трясти.