Кассандра. Соблазни меня

Баня! Самая настоящая баня!

Хозяева растопили ее в середине дня, решив помыться?

Тоска по собственному миру, где походы в баню навевали мысли о детстве, тоской скрутилось где-то внутри.

Она хочет попасть домой. Вернуться к родным. И позабыть о внезапном магическом перемещении, как о страшном сне!

– Вот возьму, и обижусь! – тут же отзывается Аэль. – И меня вздумала позабыть?

– Тебя даже при всем желании не забудешь, – улыбнулась Алекса, стараясь передать эмоциям легкий упрек. – Пожалуй, я была бы не против забрать тебя с собой.

– Я – домашний питомец?! – волчица оскорбилась. – Я хищница! Запечатанная в артефакте душа – всего лишь временное недоразумение!

– Ох, ты считаешь пропажу тела недоразумением? – вернула когда-то обраненную фразу язвительной самке.

Аэль даже задохнулась от подобной наглости и не сразу нашлась с ответом.

– Ладно, человечка, один-один. Будем считать, из нас вышла действительно хорошая команда.

Снова за свое. Волчица неисправима!

Еще немного потоптавшись на месте, Александра пошла к другому дому, стоящему чуть в стороне от главной дороги. Обычно она не заходила в эту часть Гитмора, предпочитая западное направление, ближе к лесу и морю.

Дома, расположенные на отшибе, честно говоря, пугали. Потемневшие от времени бревна, из которых были сколочены избы, огороженные покосившимся забором сады, большая часть из которых была засажена либо фруктовыми деревьями, либо же вырублена под корень, чтобы удобнее было просушивать парусину и сети.

Хозяин нашелся сразу при прохождении через калитку. Мужчина складывал сети, наверняка собираясь на вечернюю или ночную вылазку за морскими обитателями.

– Доброго дня!

Рыбак заметил гостью, но не перестал работать руками, все также выверенными движениями распределяя крученые нити.

– Неужто сама Месонлаэль! Давненько тебя не было видно. Артефактор заставлявляет помогать ей, что света белого не видишь? Даже ко мне не отпускала, пусть я сразу, как слез с судна, приходил, говорил, что вновь готов учить тебя.

Кто-кто? Месонлаэль?.. Но разве ее имя не Кассандра Фроуз? Тем более он знает о Лауре… И что за фраза про обучение? Он – преподавал науку?..

Однако удручающая атмосфера и сушеная рыба, подвешенная то тут, то там, явно говорила о том, что мужчина перед ней явно отдает рыбалке предпочтение, нежели точным предметам.