Кассандра. Соблазни меня

– Почему Вы называете меня Месонлаэль?

– Потому что это твоя фамилия, – он выпрямился, поправляя сеть. – И я не перестану утверждать, что нужно чтить сосбтвенное имя. Пусть Лаура и не согласна со мной, – он сплюнул на землю. – Что за баба с норовом? Не следует потакать ей, примеряя на себя чужой Род.

Стоит закинуть удочку.

– Но она же вырастила меня.

– Единственное, что Фроуз сделала правильно. Кабы она не приютила тебя, так я готов был назвать собственной дочерью. Да и по хозяйству помощь была бы, – он кивнул на страшный снаружи дом.

Приютила?..

Сердце екнуло.

Значит, Фарх говорил правду? Лаура не рожала Кассандру? Она – не является ее матерью?

– Чего меньжуешься? – по-своему истолковал ее застывшую позу мужчина. – То былое. Сколько лет прошло? – он почесал лоб. – Неужто уже более десяти? – он хлопнул себя по бедру. – Быстро время летит, не успеваешь и свиснуть.

– Кажется, мы нашли кладезь полезной инфомарции.

– Прошу меня просить, я запямятовала Ваше имя.

– Как это? – рыбак даже отложил сети, да подошел к ней, вглядываясь в лицо. – Кассандра, чего это ты, вправду? Дядьку Хагана не признала?

– Геун Хаган…

– Да какой я тебе геун? – Хаган протянул руку, дотрагиваясь до ее лба. – Ты что это, заболела? Стоило лишь мне на какой-то годок уплыть, так и забыла, кто тебя учил морские узлы вязать?

Вот, значит, о каком преподавании шла речь!

– Я… болела. Серьезная хворь скосила с ног, да до той степени, что мадам Фроуз пришлось искать лекаря.

– Бедная девочка! – Хаган покачал головой, хватая ее за плечи и заглядывая в глаза. – Но теперь все в порядке?

Была, ни была!

– Я не помню… свою семью. Настоящую.

Мужчина отпустил ее, отводя взор.

– Эдуард и Тильда, – его голос потерял краски. – Так их звали. И малыш Гилдор. Как ты могла забыть их? Я понимаю, что болезнь была тяжелой… но, увидев тебя бодро бегающей, решил, что она отступила.

– Я… долго болела?

– Ты и этого не помнишь? – Хаган прикрыл глаза. – Я видел, как она началась. Тебе тогда исполнилось пятнадцать. И, несмотря на слабость, ты отправилась на поиски матери с братом. А полгода спустя, когда ты вернулась в Гитмор, тебя можно было разве что на руках носить, такой тощей ты стала, словно дух. Но Фроуз уверяла меня, что взяла все под контроль.