Неутолимый Голод: Тупиковая ветвь

— А что бы вы сделали с ними, если бы с вас просто сняли ограничения?

Денис не ответил, отведя взгляд. И старательно отгоняя первую, рефлекторно проступившую в мареве зудящего сознания мысль: «Уж лучше мы их, чем они нас».

— Тем не менее, ты прав. Говоря прямо, на данном этапе неизвестно бескровного способа открыть её вашему миру. Среди Смотрителей всё ещё много споров по поводу того, как и, самое главное, когда её здесь запустить. И нужно ли запускать вообще… — беловолосый великан будто бы произнёс это с досадой.

— Это и есть та проблема, ради которой я здесь.

По его непроницаемому бледному лицу прошла чуть заметная тень задумчивости, а голубые глаза будто бы сверкнули эхом давешних споров с соратниками. Но Денис не был уверен, что ему не померещилось.

— Между нами — не только споры. Среди нас назрел серьёзный разлад. Один из Смотрителей не так давно вышел из обсуждения и отправился сюда. Он очень долго убеждал всех, но не встретил понимания и решил действовать сам.

— В чем убеждал?.. Что он хочет сделать?

— Дать магию без ограничений.

Но не сразу и не для всех. Он хочет проделать это через «эволюционный» путь. Дать её лишь нескольким индивидам, по его собственному выбору, чтобы они потом «передавали» безграничную магию дальше. Быстро и самостоятельно.

— Но это значит… — догадался Денис.

— …что кто-то из них может прервать цепочку и вместо этого использовать магию без ограничений для себя лично, — кивнув, закончил за него Смотритель. — А это — тяжелейший дисбаланс. Позволь мне показать это на примере.

Вдруг, резко взмахнув рукой перед лицом Дениса, он щёлкнул пальцами — и транспортная капсула вокруг исчезла.

Перед Денисом лежал в руинах город на незнакомой планете. Громадные, уходящие в оранжевое небо конструкции из прозрачного материала, похожие на небоскрёбы, стелились до самого горизонта, сколько хватало глаз. Все до единой были разрушены. Какие-то переломлены, словно стеклянные столбы, прямо посередине. Иные были оплавлены и обуглены, как от огня исполинской спички.

А несколько — попросту геометрически ровно срезаны, так, как режет только магический клинок, у которого нет толщины.

Высоко над одним из таких ровно спиленных фрагментов в воздухе парил восьминогий золотистый ящер. Его глаза светились белым, а все восемь ног двигались, выводя странные фигуры. Перед ним вращался клубок других ящеров разных цветов и оттенков, из которого золотистый вытягивал магией по одному и, подумав, расправлялся с каждым каким-то новым способом.