Эльфийская стража

Да как дружно-то! А нам-то всё поют, мол, гибнет всё прекрасное, сиречь эльфийское, истаивает, исчезает… какое там! Ежели так расти станет, то и до наших полей, старушка, доберётся – глазом моргнуть не успеем.

Найда осторожно, бочком подобралась к вьюну, понюхала, отступила, припадая на передние лапы.

«Опасно, хозяин».

– Знаю, что опасно, – вздохнул Лемех. – Только эльфы с такой порослью управляться и умеют. Недаром лес-то их кличут Зачарованным. Слышал я от некоего мага на ярмарке, что сосут корни тутошние саму эту «магию» из земли, точно воду.

Что, старушка? Не разумеешь? Я и сам не шибко. Ну, хорош болтать, дорога ещё неближняя…

К самому рубежу Зачарованного Леса они подобрались уже ярким полднем. Солнце сияет, на небе ни облачка, никто и не скажет, что уже совсем скоро накатит осень. Высоченные, прямые, словно древки копий, стволы перекрыли путь, тихий ветерок нёс ароматы эльфийской чащи – лёгкие, холодновато-цветочные и неуловимо, неизъяснимо чужие. В чём крылась эта самая чуждость, Лемех бы не объяснил, не нашлось подходящих слов, да и не к чему были ему эти объяснения.

– Ищи, Найда.

Верная его четвероногая спутница беззвучно нырнула в густой подлесок. Разом запахло свежестью, точно после грозы. Приученные кони ждали спокойно, но на лес всё-таки косились – он им не нравился, пугал, хотя обычной чащи они не боялись совершенно.

Лемех вглядывался в сумрак меж гладкими красноствольными соснами. Вернее, на сосны они только похожи, а так и выше, и развесистей, и иглы на них куда длиннее, и… чудится это ему, что ли? – но вроде б как даже светятся.

В нормальном, людям привычном лесу деревья жадно тянутся к свету, так что ветви у них чуть ли не у самой вершины, стволы голы; здесь же лесные исполины словно теснились, стараясь дать каждому достаточно света и пространства. Ветви у них росли причудливо, на сторону, так, что это походило на сложную систему зубчатых колёс, какие Лемеху довелось повидать в Кинте Ближнем, где ветряки качали воду вверх по акведукам. Но со стороны эти подчинённые чужой воле лесные великаны гляделись… странно.

Найда вернулась. Возникла призраком, вынырнув из нешелохнувшихся зарослей. Шерсть на ней стояла дыбом.

«Ловушка, хозяин. Хитрая. Яма, петля и сеть».

– Чего ж ещё ожидать от радушных хозяев? Впрочем, кто их винить станет, если по окрестностям и впрямь нечисть пошаливает? Веди, старушка.

Зелёный сумрак обволакивал, воздух словно сгустился, и точно ножом отрезало все старые звуки.