Фартовый неудачник

— Что это было?

— Мертвые… — Звуки с трудом продирались сквозь пережатую гортань, и Наллике пришлось откашляться. — Мертвые заметили меня. На склеп наложено какое-то проклятье, или оно исходит изнутри…

— Разве это возможно? — недоверчиво переспросил я, помогая чародейке подняться. — Неужели кто-то из покойников обладает собственной волей, чтобы “оживлять” своих соседей по загробной жизни?

— Может, он был еще жив, когда оказался внутри… — задумалась девушка, нервно постукивая по навершию посоха.

— В любом случае, мертвецы жаждут крови. Они хотят убивать, и мое присутствие сделало все лишь хуже!

— Что ты такое говоришь?

— Я практикую черную магию, Редж, и одного только моего присутствия оказалось достаточно, чтобы эти неприкаянные души потянулись ко мне со всей неудержимой страстью мотылька, летящего на свет. Они зашевелились… О Боги!

Наллика с округлившимися от ужаса глазами смотрела на относительно свежую могилу сбоку от склепа, с которой горстями стала осыпаться земля.

Чего таить, я и сам ощутил дрожь в коленях, ногами чуя, как дрожит твердь у меня под сапогами. Мы с Налликой отступили на несколько шагов, и я привлек девушку к себе оберегающим жестом, обещая защиту.

— Что же нам делать?! — Наллика окончательно потеряла самообладание, размазывая по лицу проступившие слезы. — Я… Я не справлюсь с ними!

— Спокойно! — громко крикнул я, пытаясь отогнать нахлынувшие волны панического ужаса, чуть было не затопившие все мое естество.

— Если мы отступим к деревне — это даст нам больше времени?

— Я не…

— Даст или нет?!

— Да! Да, я перестану подпитывать их стремление, и…

— Тогда бежим! — рявкнул я и изо всех сил дернул Наллику за руку, требуя последовать за мной. Мы бежали по разъезжающейся черной почве, словно началось землетрясение, и лишь быстрые ноги могли помочь нам хоть как-то замедлить процесс “восстания”.

Когда погост окончательно скрылся за древесными стволами, я позволил себе притормозить, чтобы перевести дух.

— О, ужас… — тяжело вздыхала Наллика. Ее взмокшие волосы окончательно растрепались, выбившись из павшего смертью храбрых пучка, а лицо, по обыкновению бледное, покрылось здоровой (хотя и не совсем) краснотой. — Как же так?..

— Тише, тише. Дыши ровно, — похлопал я ее по спине, а сам настороженно смотрел за спину. Преследователей пока не наблюдалось.

— Нет, ты видел? Я… я была как искра, от которой полыхнул промасленный факел!..