Охотники за памятью

Так это неудивительно: ты и сам, похоже, – случившееся с нашим миром везение, Крейвер.

Мне и приятно, и жутковато оказалось услышать о себе такое. Я полезен? – что ж, это очень хорошо. Ну а что если я просто инструмент, оружие, созданное специально для решения этой задачи? Что если меня вообще нигде раньше не существовало, и вся память о себе, которая у меня есть и могла быть, начинается с момента пробуждения посреди заиндевелой пустоши?

Такие мысли начали лезть мне в голову не так давно. Я старательно гнал их подальше, потому что понимал: от такого я точно с ума сойду.

Стоит только признать, согласиться мысленно с тем, что меня не существует, что я – чья-то выдумка, что я был специально создан – как? Кем? Зачем?.. Это будет означать, что мне некуда стремиться – потому что некуда возвращаться. Незачем что-то делать, решать какие-то загадки, накапливать силу, изучать заклинания… Вообще какой смысл вставать с холодной земли «утром», что тёмным, что светлым?

Нет меня – и не надо. И живите сами как хотите.

Я никому ничего не могу быть должен, потому что меня не существует.

Вот так и умрёшь, оставаясь с виду живым…

А как же те обрывки воспоминаний, которые я иногда выхватывал из сумбура в голове? Про высокие стеклянные дома, про поезд?.. Всё просто, Крей, не суетись. Это может быть из той же области, что и память о «графическом редакторе», «мыши» и «кредите» – чьи-то воспоминания, из фрагментов которых кто-то как попало слепил мою нынешнюю личность. Если это не я – так за что мне бороться? Попытаться помочь тем горемыкам, вернуть им утерянную память? Да, этой моей «искусственной личности» почему-то оказались не безразличны чужие беды.

Но. может, это потому, что я подсознательно чувствовал сродство с другими через свою беду? А если признать, что у меня никто не похищал память, потому что и памяти-то никакой не было – что от меня останется? Ото всей моей мотивации, от сопереживания, да и от надежды на то, что, найдя способ помочь другим, я тем самым помогаю себе?. .

А если мне помощь вовсе и не нужна? Зачем тогда это всё?

Смогу ли я сохранить человечность, если признаю, что я – не человек?

20

– А вы хоть что-нибудь помните о том, что тогда случилось? – спросил я. То, что мне вдруг стало невообразимо паршиво, – не повод терять время. Надо задать как можно больше вопросов, пока есть возможность.

– Ты имеешь в виду – о том, как пропал Пирсес? – уточнил Нимсир. – Ну… Что-то помню. Но очень мало.