Охотники за памятью

Просто потому, что ужасно трусил. Казалось мне, что, если я получу хоть какие-то ответы на вопросы, которые собирался задать, они, эти ответы, могут основательно выбить у меня землю из-под ног. Причём неважно, что это окажутся за ответы, если они вообще будут получены.

Итак, я вернулся к резиденции ордена и, проигнорировав дёрнувшегося в мою сторону стражника на входе, быстрым шагом направился к кабинету Первого Рыцаря.

Постучав, я дождался ответа: «Кто там?» и вошёл. Рагрен, отодвинув книгу, которую читал, удивлённо уставился на меня.

– Что-то случилось?

– Приветствую вас, господин Рагрен. – Я поклонился. – Прошу прощения за вторжение, но… Я хотел бы задать вам несколько вопросов, если позволите. Они касаются моей дальнейшей судьбы.

– Задавай, – немного растерянно разрешил глава ордена. – Только – почему мне-то? Откуда я могу что-то знать о твоей судьбе?

– Это касается не меня конкретно. – Я набрался смелости и посмотрел Рагрену в глаза. – Я хотел бы узнать о судьбе тех вынырнувших, которые уже служили под вашим началом – но больше не служат.

– А, вот ты о чём. – Первый рыцарь вздохнул и указал мне на один из стульев у стола для совещаний. – Садись. Понимаю, почему ты спрашиваешь. И удивлён, что ты пришёл с этим вопросом так скоро… ты что-то нашёл, верно? В памяти одного из выползков оказалось что-то такое, что заставило тебя усомниться?

Я помотал головой.

– Скорее, наоборот – я так ничего и не нашёл. И засомневался, а есть ли вообще что искать.

– Ну что ж… Ты не первый, скажу сразу. – Рагрен откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. Почему-то этот жест заставил меня подобраться так, будто бы рыцарь потянулся к ножнам на поясе. – Многие из вас приходили ко мне с подобными вопросами. Но беда в том, что с теми, кто мог ответить на них мне, я ни разу не имел возможности побеседовать. Попросту говоря, если кто и знает эти ответы, то только те вынырнувшие, которые исчезли из нашего мира.

Даже сидя я почувствовал, как ослабели колени.

– Выходит… Всё это просто… – Я не мог подобрать слов и беспомощно таращился на Рагрена, переводя взгляд с его глаз на бороду, затем на красный кристалл – знак ордена, висящий на груди на цепочке, – и снова в глаза. – Это просто сказочка, обманка для того, чтобы придать жизни вынырнувших видимость цели?..

– Не знаю.