Затворник в Горной Твердыне

Плевать. Надо что-то делать. Не стоять столбом. Только вот что? Бегло глянул по сторонам.

— Эх, — вздохнул вдруг программист, присев у очередного тела, — зря вот ты так. Дырок лишних понаделал. Смотри, вот этот паренёк, как ты прям, — заметил он, а потом вдруг спешно поправился, — ну, то есть по телосложению....

— Я... — Валера осёкся и прижал ладонь ко лбу.

— Так, — решительно заявил Чизман и ткнул рукой в сторону, — давай, ноги в руки и беги к нашим вещам, понял? — он подхватил из пепла пустой пистолет, — вот.

— Угу. Сейчас, — парень вытянул магазин из кармана. Тот сунул ему в руки оружие.

— Всё! Пошёл, быстро! А то кто-нибудь завалится туда и прощай вещи.

— Ага, — Валера повернулся и бросился в сторону холма.

Бежал быстро. Поднимал пепел кроссовками. Уже на середине пути вдруг ухмыльнулся.

Правильно Чизман сделал. Отправил его подальше, пока не начались эти мысли об убитых. Пока жалость внутри не проснулась и не начала жадно грызть рассудок. Парень оглянулся.

Что ж. Шагать обратно всё равно не было смысла. Двинулся дальше. Когда добрался до холма, там, конечно же, никого не было. Тут на километры вокруг никого нет. Все вещи там же, где они их оставили.

Валера устало опустился на бревнышко. Рассеяно потёр руки, выдохнул. Вроде бы он слышал, что после убийства человека начинаю мучить воспоминания. Но сейчас ничего не было. Наоборот лишь спокойные рассудительные размышления. Два толстых дворфа были мерзкими ублюдками.

— Нормально всё? — на холм поднялся Чизман, притащив с собой целую охапку вещей. Одежда, рюкзаки, подсумки. Аккуратно сложил всё на бревнышки, чтобы не запачкать пеплом.

— Да, — кивнул ему парень. Глянул на эту кучу и принялся стягивать толстовку.

— Погоди, — покачал головой программист, — позже. Сначала надо добраться до воды. Умыться, постираться. А там уже и переоденемся. Ага?

— Ага.

Ночь уже подходила к концу. Вскоре небо на востоке стало светлеть. И вместе с рассветом эти двое двинулись в путь. Долго шли по пепельной пустоши. Потом прошли по лесу, продираясь через кусты. Чудные эльфийские деревья тянулись и тянулись, а потом вдруг резко закончились. Будто бы ножом обрезало.

Перед двумя путниками оказался берег большой и широкой реки. А на другом берегу был луг. Самый обыкновенный. Зелёная травка, поднимающаяся по холму к синему небу.