Добролюб

Кроме Ивана встречать гостей высыпала вся живность: кот, Серая и пара её волчат-подростков, несколько волков из стаи, ставшие стражами острова, и ворон. Домовиха ещё с вечера заготовила сбитня, а сегодня, встав с третьими петухами, успела напечь разных пирожков и пирогов, не доверяя волшбе хозяина. Лада была в гостях у Медведева первый раз, потому сам дом и его внутреннее убранство были для неё в диковинку. Она неспешно прошлась по дому, задала несколько вопросов хозяину и домовихе и, получив явно устроившие её ответы, вышла на воздух.

Погода благоприятствовала празднику, и чуть позже на остров явилось много существ — от зверей и птиц, которых сопровождал Леший, до небольшой группы богов, как главных, так и рангом поменьше: Перун, Макошь, Жива, Тара и Девана. Иван быстро наколдовал длинный стол с несколькими скамейками и добротный навес над ним. Дочери богини помогли Аглае расставить угощение на столы и обеспечить чашками на поляне перед домом для зверей, а потом начался пир. За столом сидели боги, сам Добролюб и его домовиха, а на поляне командовала Серая.

Зверьё и птицы соблюдали порядок и вели себя чинно. Аглая пару раз отлучалась со своего места, чтобы принести угощения на стол и поляну, но и только. По совету Лешего Иван поведал о своём разговоре с Дыем и о том, что тот предложил сделку. За столом возникла тишина. Сварог оглядел присутствующих и задумчиво проговорил:

— Толику дён ты тут обживаешься, Добролюб, однако же со всеми норовишь дружбу свести. Мыслю, вырос ты ужо из волхва али колдуна, изрядно поднаторел в учении да и слово данное держишь истово.

Дый не всякому уговор предлагает, стало быть, глянулся ты оному. Но держи ухо востро — чуть слабину выкажешь, тута он тебя и прихватит. Сколь мужей добрых тако же сгинуло, о том мы ведаем.

— Ты прав, супруг мой, — улыбнулась Лада. — Добролюб ужо не просто муж людской, но стал ро́вней нам. Пора оного к людям направить — узреть житие да ослобонить заблудших от веры неправедной. Страдают оные зело.

— Так-то оно так, да только нет у меня большого желания с людьми здешними дружбу заводить, — вздохнул Медведев. — Иных хочется прибить на месте, другим — понимаю, что помочь не смогу: больно много власти сторонники овала имеют. Это ж надо их всех пожечь, да князя здешнего извести. Только тогда прок будет.

— Дык изведи, — ухмыльнувшись, молвил Перун. — Отчего кручинишься?

— Не любо оному мужа живота лишать, — ответил за Ивана Сварог. — От того и душой мается.