Добролюб

— А не боишься, что защищаться буду?

— Меня одолеть трудно, — прошипела летучая мышь — А ты согласись на поединок-то! Согласись! Иль струхнул, добрый молодец?

— Не струсил, просто гость я здесь. А видано ли гостям свои порядки устраивать?

— А мне всё едино! Давно я не пробовала юшки человеческой! Давно! — с этими словами она снова рванула резво вверх, остановилась на мгновение и камнем понеслась вниз, на Ивана.

Медведев ждал недолго. Когда до нападавшей осталось каких-нибудь пять-семь метров, он резко выбросил правую руку навстречу и с неё ударил огонь, в одну минуту окутавший со всех сторон наглую вампиршу.

Та вспыхнула радужным пламенем и мгновенно превратилась в пепел. Отдельные мелкие чёрные снежинки, паря в воздухе, медленно опускались на мост. Мара и Змей, до этого наблюдавшие за перепалкой Добролюба и летучей мыши, переглянулись.

— Ить сказать, не прост гость-то твой, властительница, ой, не прост, — одобрительно покачал одной головой трёхглавый страж. — Даром что огнём Перуна вмиг мышь испепелил.

Да поделом! Неча поперёд слова царицы Нави в пекло лезть.

— И впрямь поделом! — рассмеялась Мара. — Что, Добролюб, Перуновым огнём обидчицу испепелил?

— А чего она на меня первой? — улыбнулся Иван.

— Давно тут богатырей не было, жажда у оной великая, потому нарушила моё слово.

— Прошу прощения, что погубил одну из твоих слуг…

— Полно! Не гневаюсь, сама пред тобой виновата: не уследила.

— А правду говорят, что тот, кто мост этот перешёл — уже возвратиться не сможет? — поинтересовался Иван.

— Правда — тако же разная. Те, кого боги милуют, иногда обратно возвертаются. Толику таковых было, однако кривить душой не буду.

— Уныло здесь у вас, — вздохнул Иван.

— На то и Навь, — Змей пыхнул жаром одной из голов.

— Ну, пошли с другими знакомиться, — Мара снова взяла Медведева под локоть. — Чуешь ли сколь-нибудь, ступая по Калиновому мосту?

— Что-то такое, что словами передать не могу, — Иван прислушался к своим ощущениям.

— Одно скажу — нет в нём злобы ко мне.

— То добрый знак. Видать, Навь к тебе благосклонна.

Уже на перебравшись к самому концу моста, царица Нави и её гость заметили, что Смородинка вдруг убыстрила своё течение и вспыхнула огнём. Огромные языки пламени подбирались к Маре и Ивану, грозя с головой накрыть обоих. Молодой человек остановился и протянул правую руку навстречу одному из них. Тот жадно рванулся к ладони, коснулся её и вдруг отпрянул назад.