Торговец

– Не могу, – злым шепотом ответила эльфийка. – Я не одета!

– Я тоже. Ладно, не шипи, не шипи, встаю.

Из-за края кровати показалась вытянутая мужская рука. Одна. Потом, спустя несколько секунд, к ней присоединилась вторая. Растопырив пальцы и будто схватившись за воздух, они подняли на свет божий остальное тело. Очень-очень израненное и вдобавок сильно шатающееся тело. Свежие шрамы на торсе мага заставили меня еще раз оглядеть комнату в поисках хищной кошки, пытавшейся разодрать Аксимилиана. Волосы прямыми прядями торчали во все стороны, как шипы дикобраза.

В мешки под глазами можно было спрятать не слишком крупногабаритный автомобиль. Опухшие губы наводили на мысли о проигранном боксерском раунде, а состояние посиневшей подозрительной формы пятнами шеи – о стае голодных вампиров.

Аксимилиан. Почти молодожен. Почти труп. Но дово-о-о-о-ольный!

О, стоят, рты разинув. Приперлись. Родственнички, чтоб их! И чего пялитесь-то, как на явление природы? Жилища мага под кайфом вместе с ним самим никогда не видели?

– Что тут было? – задал вопрос Олаф и осторожно потрогал носком ботинка лежащую на чем-то длинном и вытянутом (моем посохе?) тумбочку.

Дальний родич немного… двоился. А еще расплывался. Со зрением были явные проблемы. Или с иномирцем. Да, наверное, с ним.

О, что тут вчера было… и сегодня тоже, впрочем. Почти полтора дня. Почти без перерывов. Что там мне говорила про златолист эта… моя будущая жена? Легкий ненаркотический афродизиак? Угу. А я тогда Светлый Господин лично. Причем со свитой.

Не уверен, что именно эта трава сделала со мной, но Селес точно трансформировалась в суккубу. Хотя… да, я был ей достойной парой почти до самого конца. Начинали мы чинно-благородно. За столом. Ели, о чем-то натянуто шутили… Вдруг стало весело… потом я ее поцеловал. Точно помню, что начал первым. Хорошо, что этот демонов суп дохлебать так и не успели. Точно не успели, я это помню – я в нем мантию чуть пониже спины промочил. Потом… потом была прихожая. Потом лестница. По ней мы шли долго. Раз пять. Думал, не дойдем. Ошибался, да еще как.

Так, надо написать об этом коварном растении научный трактат. И описать все эффекты. Это будет неоценимый вклад в науку. Я обессмертю свое имя. Потом была кровать. Потом еще раз. А потом мы устали, но лишь физически, а не душевно, и я вспомнил о хранящихся в моих покоях эликсирах, а Селес откуда-то достала бутылку вина (не было его в спальне! Я уверен, не было! И с собой принести не могли – руки были заняты совсем не тем!).