Осень бедствий

Высокий лоб, точеный нос, идеальной формы овал лица, словно рубинами выложенные губы – красота из тех, на которую хочется смотреть даже не годами – веками. Красота вне времени и моды.

Красота безусловная.

Громадные черные глаза на тонком лице – и при этом совершенно белоснежные платиновые волосы, уложенные в сложную прическу.

Матовая белая кожа без малейшего румянца.

А руки!

Хотите узнать, тор перед вами или жом?

Смотрите на руки, они совершенно разные. И не из-за мозолей и шрамов, тор тоже может работать, а жом пребывать в праздности.

Из-за строения рук.

У женщины были руки настоящей аристократки.

Тонкие, изящные, с длинными пальцами, с идеальной формы ногтями…

Единственное кольцо с черным бриллиантом в форме ромба только подчеркивало их совершенство.

Яна опомнилась первой. Анна все же была более робкой.

- А вы, простите, кто? Сестра милосердия?

Женщина от души расхохоталась. И вот тут вздрогнули обе девушки. Словно за шиворот им по ледышке бросили.

- Я? Забавно. Так меня еще не называли…

- А как вас называли, тора?

Анна решила быть предельно вежливой.

- Умная девочка. В вашем мире меня называют Хелла. А в мире твоей собеседницы – Хель.

Яна открыла рот.

Анна тоже.

Вот в этот раз у них реакция оказалась одинаковой.

- Не может быть!

Прозвучало так слитно, словно девушки год репетировали. Хелла или Хель рассмеялась снова, заставляя собеседниц поежиться.

- Да неужели? И почему?

- Потому что Хелла изображается, как скелет в драной мантии, и с волчьей головой, - честно ответила Анна.

Ведь так и изображалась…

- Никакого вкуса у живописцев, - продолжала веселиться женщина. – Я не такая….

- Но и не состоящее из двух половин чудовище, - пробормотала Яна. Кое-что из скандинавской мифологии она слышала, и про Хель тоже. – Дочь Локи и Ангрбоды? Богиня смерти?

- Угадала, - кивнула… богиня? – Я действительно богиня смерти.

– А почему мы здесь? - уточнила Анна, начиная подозревать нечто нехорошее.

- Потому что вы – умерли.

Анна открыла рот и икнула.

Яна не икала. Но сказанное ей лучше было не цитировать, если только пьяному сантехнику под настроение.

- А почему я чувствую себя живой?

- Потому что вы в моих чертогах.

Яна потерла нос. Но прежде, чем она решила задать следующий вопрос…

- За что именно нам такая честь?

Соображает, соседка.

***

Хель смотрела несколько секунд, серьезно и вдумчиво. А потом махнула рукой.