Осень бедствий

- Садитесь, девочки.

Из пола принялись расти два кресла. Словно тюльпаны – выпустили ножки, раскрыли лепестки, и Яна осторожно опустилась на одно из них.

Удобно.

В меру мягко, в меру твердо, попу не натрешь, но и не провалишься.

- Спасибо.

- Благодарю вас.

Хель с иронией смотрела на девушек. Даже то, как они сидят…

Анна – вытянувшись в линеечку, спина идеально прямая, подбородок поднят, руки сложены на коленях, поза полна непринужденного изящества.

Яна – откидывается назад, пробуя кресло, потом наклоняется вперед и сосредотачивает все свое внимание на богине.

Ноги раздвинуты, руки упираются в колени…

Разные девочки.

Очень разные…

И в то же время…

- Вы попали сюда потому, что в вашей родне были мои жрицы.

Два рта приоткрылись совершенно одинаково. Буковкой «О».

Яна опомнилась первой.

- Ну… наверное, возможно. Чисто гипотетически, к нам на Русь кто только не шлялся. Могли и оставить генофонд. А это как-то повлияло? Или повлияет на нашу смерть?

Анна покачала головой.

- Отец никогда ни о чем таком не рассказывал. А мы знаем свою родословную, на протяжении тысячи лет… это было раньше?

Хель снова качнула головой.

- Позже. Намного позже, еще двести лет тому назад. Мать первого царя из династии Вороновых принадлежала к роду моих жриц.

- Ой…

- Она принесла мне в жертву последнего сына прошлой династии, ребенка королевской крови, и я позволила Вороновым занять престол.

- Ой…

Анна закрыла рот ладонью. Ее, кажется, затошнило.

- А у меня кто был? Не скажете? – Яна не удержалась. Любопытно же!

- А у тебя история идет в прошлое еще дальше. Фамилию Романовы – слышала?

- Да их столько было…

- Последний император.

Яна выругалась еще раз.

- Вы – серьезно? Это… вот это, которое страну просрало и до революции довело – мой предок?!

- И самый прямой.

Кажется, богиня наслаждалась происходящим. Девушки ее определенно забавляли.

- Но – как!? У него же жена с гемофилией, мы, по идее, тоже должны… туда?

- Не совсем. Болезнь может передаться девочкам – или не передаться. Точнее, вы можете перенести ее своим детям – или не перенести. Рисковать никто не хотел, конечно же. Порченная кровь. Но одна из дочерей последнего императора все же решилась. Она полюбила, она родила ребенка от любимого человека и отдала его на воспитание. Не хотела, но любимый человек настоял.