Погонщик мифрилового дракона

Сбрасываю шаг на упор, выключаю оборудование и вывожу коррекцию. На минуту задумываюсь, а не оставить всё так? Мы же ненадолго. Но всё же, решительно выключаю двигатели. Даже на холостых оборотах винты создают значительные аэродинамические силы. Порыв ветра и машина на бок ляжет. Попутно даю себе слово, что пока не найду себе второго пилота, таких посадок больше не будет. Вот сегодня же по возвращению и займусь поиском. И неважно кто это будет, человек, гном, или эльф. Да хоть чёрт, лишь бы к лётному обучению годился.

Зато потом можно будет подобные досмотры, не выключая двигатели проводить, поручая контроль машины переднему лётчику.

Аккуратно, без всяких прыжков спустился из кабины на землю. Ни вывихи, а тем более переломы мне сейчас не нужны. Слегка потянулся, всё же почти два часа в воздухе, взял из рук Рона автомат, запасные магазины и, не теряя времени, двинулся к самолёту. Не забывая осматриваться и прислушиваться, но никакой опасности так и не замечал.

А до слуха доносился только размеренно рокочущий шум прибоя.

Кусты действительно были невысокими, даже Рону едва по пояс. Колючек на них тоже не имелось, потому пробивать дорогу не составляло труда. Да и сам самолёт упал недалеко от площадки. Шагов десять, не дальше. Вот уже сделан один, второй, третий…

- Не может быть! – вырвалось у меня, когда я понял, что мы нашли.

- Что, командир? – подскочил идущий позади Рон, на ходу сорвав с плеча автомат.

- Это, это… - от волнения я не мог подобрать нужные слова и только трясущейся ладонью указывал на поверженную машину. Я узнал этот самолёт, хотя видел вот так его впервые в жизни. Тем не менее, это был он, тихоходный связной биплан «у два» в дальнейшем переименованный в «по два». Но куда более широко известный как «кукурузник».

Нет, не совсем правильно, вернее не только это. Ещё я узнал, чей это был самолёт! Пусть перкаль на крыльях давно превратилась в бахрому, но краска на фанерной обшивке кабин ещё не сдалась местному солнцу.

И этот номер, двадцать шесть, выведенный причудливыми цифрами я не спутаю ни с каким другим. Ещё с детских лет он врезался в мою память, как фото. Да-да, именно фото!

Среди фронтовых снимков моего отца было одно фотография от взгляда, на которое он мрачнел и замыкался в себе. Я долго не мог понять причину, такого поведения.