Погонщик мифрилового дракона

Ты ведь уже знаешь, наша жизнь длиннее, много раз длиннее человеческой. Со стороны благо конечно. Только ничего просто так не бывает. У нас очень редко рождаются дети, такова вот цена за долголетие. И потому рождение детей во главе угла наших отношений. Нет, мы не погрязли в разврате, умеем любить и по-своему хранить верность. Но если возникла симпатия, то почему и нет? У нас чужих детей не бывает. У нас их очень мало.

Встаю, подхожу к эльфийке и обнимаю её за плечи, - прости, что омрачил твою радость, знаешь, я тоже счастлив, очень счастлив, встретить тебя на своём пути.

Хотя и предчувствовал, ненадолго это.

- Вовка, убери этот печальный тон, - игриво шепчет она мне, - дай только немного времени и я опять заберусь к тебе в кроватку. Если только сам не прогонишь.

- Ну вот, а говоришь не развратница.

- А это ты сам меня, вернее нас с Мирель такими сделал. Терпи теперь, уже не отстанем, нам тоже твои фантазии понравились.

- Нас? Так Мирель тоже?

- Да! Представляешь, какое счастье, просто чудо.

У неё так сияют глаза, хоть стены прожигай. Впрочем, скоро она придёт, и увидишь сам.

- Тогда пойду я переоденусь, всё же праздник у нас.

- Вот это правильно, наш милый герцог.

Наш обед, плавно перешедший в ужин, прошёл в тёплой, семейной обстановке. Мои и не мои дамы, ели мало, а к вину не прикасались вообще. Я тоже, пище почти не прикасался и на вино сильно не налегал.

Зато сколько было разговоров, воспоминаний и планов на будущее. Девушки рассказывали, где были и что видели, какими государственными делами при этом занимались.

В свою очередь и я поведал о своих успехах и достижениях. При этом не скупился на красочные детали, а местами отчаянно сгущая краски. Отчего эльфийки охали, округляли глаза, и я не один раз уже поклялся впредь быть осторожным и осмотрительным.

Но всё когда-то кончается. Наступил вечер, и пришлось прощаться.

Моих дам ждала дорога в родовые замки своих мужей, где их теперь будут оберегать как величайшую драгоценность, холить, лелеять. А у меня свой путь. И после пылких объятий, горячих слёз я остаюсь один. Сам на сам с бардаком в моей душе.

Когда полностью стемнело, совсем мне погано стало. Хоть волком вой. И что обидно, начинаю расставлять по полочкам, всё сходится. Вот, разве я их любил? Начиная с того, что двоих одновременно как бы нельзя любить.