Трижды заклятый или СЛАМОНА

Резко зазвенел металл о металл, убитый литт опрокинулся на спину, покатился вниз, по нему протопало несколько пар ног в черных сапогах.

Дэви оперся на локоть, вскочил и затряс руками, разминая онемевшие пальцы.

Рон и вправду умел драться двумя мечами. Сделав шаг вперед, он уложил еще одного врага, а после Дэви пустил в ход Заклинание Метеорита, пробив в толпе людей кровавую дорожку. Оставшиеся литты попятились, сперва медленно, потом быстрее, но шагах в двадцати от вершины холма остановились.

— Сто чертей и одна ведьма, — пробормотал Дэви, увидев, что арбалетчики расходятся широким полукругом.

— Сумеешь удержать Щит? — слегка запыхавшись, спросил Рон.

— Если они начнут стрелять с разных сторон — нет. У меня не хватит Силы, чтобы поддерживать и круговой Щит, и пентаграмму.

Честно говоря, Дэви временами удивлялся, что у него еще хватает сил, чтобы стоять.

— Давай назад, в луч. Если Конрад швырнет в нас еще какой-нибудь магической дрянью…

— Смотри!

Дэви кинул взгляд туда, куда показал мечом заморок, и до боли закусил губу: острие луча пентаграммы на Лунном Холме исчезло.

Вслед за острием начал гаснуть весь луч; ярко-голубые линии быстро укорачивались, словно их затаптывал невидимый великан. Дэви взглянул в другую сторону и увидел, что на Холме Черных Звезд темным-темно.

— Они достали Корвина и Виттанга!

Из-под клинка Шторма все еще струились голубые линии, но что толку будет с одного луча, если вся пентаграмма погибнет?

— Сдавайся, маг! — заорали литты. — Сдавайся, нечисть! Сдавайтесь оба, и Великий Маг Конрад сохранит вам жизнь!

— Ага, только шнурки поглажу – и сдамся, ешкин кот, — сквозь зубы отозвался Ронгхэльм.

— Эй, Дэви…

— А?

— Думаешь, единственная башня стоит того, чтобы цепляться за этот холм?

Дэви быстро оглянулся. Всю равнину укрывала низкая пелена серого дыма; над ней, уходя к черно-фиолетовым тучам, вздымалась высокая белая башня. Вокруг башни кружили всадники на небесных конях и валькирии, дым и тучи содрогались от выстрелов, конского ржания, грома и криков.

Когда-то на равнине стояла прекрасная, как сон, столица королевства светлых эльфов. После того, как литты «освободили Тэннисоль от нечисти», от города осталась только груда безжизненных развалин, но белая башня — донжон королевского замка — уцелела. В этой башне испокон веков хранилась труба, заклинающая негодяев, и кое-кто из Древних надеялся, что старший принц Ронгхэльм, уйдя от серого тумана, вернул ее в донжон.