Трижды заклятый или СЛАМОНА

Согласно Закону Хобо, если на защитном талисмане появлялась хоть маленькая щербинка, хобо выходило из-под власти своего создателя, и убрать его мог только более могущественный маг.

Заговор на хобо Теварца был так силен, что даже сброшенная со стены, пересеченная трещиной, плита с изображением летящей птицы продолжала защищать маяк – но она же сделала Великого Мага узником развалин, загородив путь наружу и ему самому, и его волшебству. Внутри маяка Теварец был почти всесилен, но за пределами пробитых стен не мог даже щелкнуть по носу обнаглевшего литта.

И так должно было продолжаться до тех пор, пока в Запределье не появится более сильный чародей, который сумеет убрать от двери треснувшее хобо.

— Какими древними искусствами должен владеть Великий Маг? – продолжая давить своего ученика звериным взглядом, спросил Теварец.

— Всеми пятью, — ответил Дэви, стараясь не обижаться на детский вопрос. — Малой Магией — умением видеть. Магией Воплощений — умением превращаться и превращать. Защитной Магией — умением защищаться от зла.

Большой Магией — умением из ничего сделать что-то. И Херви — Магией Разрушений…

— Что ж, Херви, Магию Воплощений и Большую оставим до лучших времен. Малая Магия тебе худо-бедно дается, раз ты сумел увидеть в хрустальном шаре Иннэрмал. А сколько ты знаешь заклинаний Защитной?

— Э-э… Пять?

Теварец приподнял бровь.

— Четыре, — поправился Дэви.

Теварец издевательски скривил губы.

— И только одно защитное заклинание ты создал сам. Мне пора искать парадный галстук? Не сегодня-завтра я смогу выйти из маяка?

Не дожидаясь ответа, Теварец повернулся и захромал обратно к камину.

Дэви никогда не спрашивал учителя, почему тот с легкостью заговаривает чужие раны, но не залечит свою искалеченную ногу и не заживит багровый рубец у себя на щеке. Теварцу было видней. Хромой или нет, со шрамом или без — он был последним Великим Магом Запределья, самым мудрым, самым могущественным, самым искусным, самым... Самым.

Если бы кто-нибудь другой сказал Дэви, что его «мутные сны» — никакие не сны, а видения о жизни, которую его двойник ведет в Пределе, он бы не поверил.

Жить по обе стороны Края Света, быть одновременно сыном русалки, учеником Великого Мага — и в то же время сиротой Джоном Мильном? Это с трудом укладывалось в голове. Но Теварцу Дэви верил – и изо всех сил старался овладеть магическими премудростями вместо того, чтобы выскочить из развалин, добежать до моря и уплыть домой, на Иннэрмал.