Гарем и лёгкость. Книга от депрессии

Вместо этого он, смачно харкнув на ворота, развернулся, поправил мешок на плечах и потопал в сторону гор, виднеющихся на горизонте.

О том, что местным теперь будет издалека виден каждый шаг гномьего контингента (даже ночью и за укрытиями), бывший полусотник по имени Бронкс никому говорить не стал.

Умные если – черпайте сами полной ложкой.

*********************

За сколько-то времени до этого, в другом городе и на другом краю света.

- Я очень не люблю, когда кто-то считает, что он облечен властью настолько, - Бронкс перевёл дух, отхлёбывая пиво из высокой кружки, - что может мне что-либо разрешать или запрещать.

Потому что лично я полагаю, что могу делать всё, что захочу. До тех пор, пока это не запрещено законом либо не задевает других. На то мы и свободный народ, у себя дома.

- Ты изрядно оторвался от реальности и слишком буквально трактуешь писанное на бумагах, сын, - неодобрительно покачал головой его отец, сидевший напротив. - Лучше прислушивайся к тем, в чьих руках текущая власть.

- Да иди ты на##р, батя. Ты уже состарился и из ума выжил – ибо нечего мне там делать. Иерархия командования в нашей армии, к сожалению, построена сейчас не только и не столько по принципу личного соответствия своему чину и посту… Знаешь, есть ещё такое слово «компетентность»? – дождавшись неохотного кивка родителя, сын продолжил. – Так вот, не на ней всё зиждется. А на возрастном старшинстве и родовитости! Не буду напоминать, что это часто ведёт к тому, что при родителе и вслух упоминать не стоит.

- Тогда женись. Как сказано.

- Да идите вы!.. – вышедшие из орбит глаза Бронкса излучали неподдельное возмущение. – Совсем уже мозги отлежали?!

- Сын. Надо. – Веско, как ему казалось, припечатал отец.

- Кому надо – пусть женится! Мне лично не надо! Я лучше туда ещё на ротацию, а то и две, сбегаю…

Глава 2

Она прошла внутрь полупустого заведения, как тот самый морской корабль из старой песенки хуманов. На каких-то там высоких волнах.

Оглядевшись на пороге заведения, выдающихся достоинств фемина явно зависла, решая: направиться ли к окну? Там было свежо, светло и в высоких кадках росли вполне себе настоящие деревья.

На некоторых из них даже красовались уже крошечные мандаринчики.

Но столы в этой части зала были маленькие и круглые, на одной ножке посередине, едва ли ярд в диаметре. На таких, с позволения сказать, подставках ни локти нормально не расставить, ни с переменой блюд толком не развернуться.