Двое из бара

Не знаю, что его больше разозлило этого кочка, попытка задеть его мизинец на ногах или поочерёдные удары, которые должны были вызвать боль или временное онемение мышц. После очередного полета к стенке сарая я получил новый ушиб на спине и, наверное, небольшую контузию от удара головой об стену. Попытка подняться удалась с третьего раза, рук я практически не чувствовал, за доктора не знаю, зрение у меня поплыло, поэтому плохо видел.

Была ещё пара попыток совместной атаки с нашей стороны с Андреем на этого мускулистого бойца, но это я уже смутно помнил и плохо видел, удалось ли его задеть.

Очередное моё падение на пол от сильного удара в район груди, не спас даже блок руками и частичный уклон с поворот в попыткой уйти от прямого удара. Потуги встать не дали результата, ноги тряслись, тело болело, сознание было мутным, было одно желание - желание оторвать хоть кусочек от этой непробиваемой горы мышц.

Послышался громкий крик, и в сарай вбежали люди. После недолгой возни и попытки кому-то что-то набить - они нам или мы им - нас повалили на пол, начали бить ногами.

Убедившись, что мы практически не шевелимся и не можем сопротивляться, начали нас связывать, но эту часть происходящего я уже смутно помнил.

Примечание к части

*Отсылка к выражению «замочить в туалете»

Глава 2

Александр:

Придя в себя от сильной боли, обнаружил, что лежу в какой-то лачуге связанный.

Кое-как повертев шеей, увидел своего друга, также лежавшего на полу связанного.

Дежавю, — проскользнуло в голове.

Примерно час моего субъективного ощущения мы лежали на полу и своим дыханием подымали пыль с пола. Попытка откашляться прошлась дикой болью по грудной клетки. Не спеша в мою голову потекли мысли о произошедшем. Хорошее было только одно, мы остались живы, а дальше по списку плохие новости, пунктов на десять, если не больше. Наши лица были разбиты, большая часть внутренностей пережила не самый приятный «массаж», рёбра болели. Большая часть моего тела в синяках. Рук практически не чувствовал, голова гудела, дышать было затруднительно, левый глаз распух и затек, и так далее.

Шмыгая разбитым носом, я пытался определить, сломаны у меня рёбра или же они треснули, учитывая, что дышать было тяжело, но не больно, резкой боли не было, что немного обнадёживало, хотя из-за сильной боли с боку сложно было что-то точно понять.

Отлупили нас знатно, одно радовало, что явно хотели взять живьём, поэтому всё прошло чисто по-«мужски», на кулаках.