Кобра клана Шенгай

Прямо завидно немного, талант!

Пока я отвлеклась, снежок прилетел прямо мне в лоб. В голове загудело, я шлёпнулась на землю.

– Аска! – вскрикнула Мисаки.

Дождавшись, пока картинка перед глазами восстановится, я сгребла рядом снег и затаилась. Сату, иди-ка сюда. Или кто там так хорошо целится?

Девчонки начали переговариваться. Кажется, они не ждали, что я так рухну и не буду двигаться. Всё равно им видны только мои спина и затылок.

– Дура! Ты же в голову попала! – послышался крик Харуки.

– Да я-то что?

О, дорогая Кёко, так это ты меня так приложила. Запомню, что не стоит крутиться рядом, когда ты кидаешься чем-то тяжёлым. Голова мне ещё пригодится, как и другие части тела. Слава Плетунье, удар оказался не таким сильным, поэтому я была вполне готова к новой атаке.

Едва девчонки подошли ближе, я шустро вскочила на ноги и запустила порядком подтаявшим снежком в девчонок. Только внезапно снежный ком вспыхнул фиолетовой рёку и помчался с такой скоростью, что все стоящие на его пути отлетели в разные стороны.

В этот момент открылась дверь, и у ступенек появился учитель Коджи.

Снежок несся прямо в него.

«Капец тебе, Аска», – промелькнула мысль, и стало дурно.

Догнать не успею, разве что рухнуть и притвориться спящей. До весны. Как медведи, которые живут в лесу и не любят, когда их тревожат праздные гуляки.

Коджи, не отрывая взгляда от раскрытой книги, вскинул руку. Снежок разлетелся на тысячи снежинок, закружившихся в воздухе.

Я раскрыла рот, девчонки дружно охнули.

– Аска, если хочешь меня убить, то придумай что-то поизящнее, – сказал Коджи невозмутимо.

А потом поднял на меня взгляд. В черных глазах плясали насмешливые искорки. Нет, не так. Азартные и насмешливые. Я поздно сообразила, что надо было быть настороже, потому что через мгновение обзор закрыл не пойми откуда взявшийся снежок, летящий мне в лоб.

Взвизгнув, я выставила руку, ударяя кулаком со вспыхнувшей рёку по снежку.

Последний почему-то не разлетелся во все стороны, а помчался назад к Коджи. Тот, в свою очередь, отправил его ко мне одним четким ударом ребром ладони. Я сориентировалась и быстро начертила кандзи «Отражение». Снежок влепился в него, кандзи засверкал фиолетовым светом. Миг – от снега ничего не осталось.

Никто так не произнёс ни слова.

Зато уголки губ Коджи подрагивали в намёке на улыбку. И это было чем-то новеньким.