Дорогой скорби: падение, огонь и покаяние

В его жилах забурлил огонь и злоба, которые его мгновенно подняли и заставили идти в бой сквозь ломь в позвонке. Вся боль и усталость прошли и бывший рыцарь, ухватившись за клинок, направился к тому месту, где стояла пронзённая девушка.

- Хах-хах, не пытайся мальчик, аха-хах! – злобно расхохотавшись, мгновенно среагировал и пропал в вихре света.

Лира почувствовала, как её охватила страшная слабость, пробежавшая волной по всему телу, и её колени подломились, тело стало мягким и неустойчивым. Клинок Азариэля со звоном отлетел в сторону, и на руки эльфа упала Лира, по чёрно-пыльным рукавам камзола потекла кровь, и они стали багряно-маранными.

Из её живота медленно текла густая алая кровь, заливая рясу, но Азариэль не собирался ей давать умереть. Он кусками ткани, оказавшиеся у него под рукой, старался остановить кровотечение.

- Ах, - улыбнулась Лира, зажав в руках свиток, отливающий золотом, окроплённый алой кровью. – Сплоховала я. Бе-бери сви-свиток, он оч-очень силь-сильный.

Азариэль сжал крепкими руками место ранения, убрав «золотой» свиток в карман, и попытался держать кровь, несмотря на то, что его жизнь могла оборваться под яростным штормом магии, но на свою жизнь ему стало наплевать.

- Тише-тише, - успакаивает её парень. – С тобой всё будет в порядке.

Внезапно Лира, по чьей щеке пробежала слеза, положила свои нежные руки на ладони парня и нежно, сияя душевным светом из глаз, сквозь хрипоту, заговорила:

– Я рада, что ты сейчас со мной.

Азариэль удивлённо спросил, пытаясь унять бешенный колот сердца:

– Почему?

На что услышал ответ, поставивший его в тотальный, ступор и разжёг в нём ярость ко всем сектантам:

– Потому что смерть лучше всего встречать с теми… – девушка оборвалась на кровавый кашель, окропившие её бледные губы багрянцем, после чего из последних сил вымолвила.

– Я думаю, ты сам поймёшь. – Ласково ответила девушка и положила окровавленную руку на щёку парня, чтобы подтянуться и коснуться своими губами его уст, но внезапная боль и кашель пригвоздили её к полу, и она одёрнула ладонь, оставив кровавый след на щеке.

Азариэль оглянулся и увидел, как враг медленно подступается к нему и с предвкушением победы готовиться к кровавому пиру. В душе Азариэля поселилось чувство, ставшее больше, нежели досада или обида. Полыхающая огнём ненависть к еретикам заполнила его душу до края. Он хотел ринуться и перебить тех существ и еретиков, что медленно сжимают кольцо, но не мог оставить девушку.