Неизвестный герой

Сейчас в него были вписаны имена Кирицугу, Кайнета и Солы-Ю, а положения в тексте определяли невозможность со стороны Кирицугу как-либо навредить Кайнету и его возлюбленной, если тот выполнит условия контракта. А главным и единственным условием была немедленная смерть Диармайда.

Метания Кайнета стали еще более явными, когда текст был прочитан полностью. Сейчас перед ним на одной чаше весов была жизнь Солы, а на другой конечная цель рода Арчибальд. Возлюбленная или род — сложный выбор для мага, потерявшего свою магию… Или нет.

Передернутый затвор заставил мужчину в коляске вздрогнуть и упереть беспомощный взгляд в хмурое лицо Убийцы Магов. Времени на раздумья больше не было. От безысходности Кайнет до боли сжал зубы, но все-таки не смог сдержать себя. Из глаз вечно холодного и надменного мага текли слезы. Он уже сделал свой выбор.

Один мысленный приказ и Диармайд пробивает своё сердце копьем. Несколько капель крови попадают на лицо до края ошарашенной Артурии, в чьих изумрудных глазах в одно мгновение отразились неверие, печаль и обида.

А сам копейщик, поначалу, казалось, даже и не понял происходящего, с каким-то легким непониманием смотря на древко своего копья. Осознание пришло через мгновение, когда из правого глаза потекла бордовая слеза, а горло зашлось в приступе кровавого кашля.

— Использовать все свои заклинания, чтобы заставить слугу убить себя, — холодный голос разнесся по импровизированной арене, привлекая внимание к обладателю оного и тем, кто был рядом с ним.

Кирицугу все тем же взглядом смотрел на держащегося за копье Диармайда и нельзя сказать, что он сейчас испытывал удовлетворение. — Условия соблюдены.

Однако слова Эмии Кайнета Арчибальда сейчас волновали меньше всего. В его руках покоилась его бессознательная возлюбленная, коя в его глазах даже без руки ни разу не уменьшила своей привлекательности.

Наоборот, в этот самый момент он искренне считал, что сделал единственно правильный выбор.

— Аа-ргх кх-кхр, — Диармайд через силу вдохнул, насаживаясь на Гэй Дирг, и вперил ненавидящий взгляд темно-красных от прилившей крови глаз в Кирицугу. Сейчас его взгляд был до того переполнен ненавистью, что даже спокойный Эмия почувствовал пробежавший по спине предательский холодок.