Левиафан. Черное Солнце

Только теперь фригийский царь опустил клинок, позволив себе расслабиться и глухо зарычать, вспомнив о боли в поврежденных ребрах. Зак, шатаясь, подобрал копье и вытащил факел из обращенного в щепу кругляша. Только Карн так и остался стоять на коленях, сжимая в одной руке обугленную головешку, а в другой – короткую секиру, лезвие которой почернело и покрылось инеем.

– Надо сказать, я давно ни от кого так не получал, – прохрипел Мидас, сплюнув на каменные плиты кровавым сгустком. – Всего один пропущенный удар! Она будто растворилась и появилась вновь, но уже…

– Помогите подняться, – прервал его Карн.

Кожа его в дрожащем свете догорающего факела Зака напоминала потрескавшийся пергамент. Заигрывания с силами такого масштаба не проходят даром – для смертного подобные финты неминуемо закончились бы смертью. Невольно на ум пришли воспоминания о Воинах Арконы, которые именно так и поступали – жертвовали своими жизнями, используя энергии, которые не могли обуздать.

– А теперь бежим, – парень грубо вклинился в работу своей эндокринной системы, заставляя надпочечники выбрасывать в кровь лошадиные дозы адреналина и норадреналина.

О да, за это придется дорого заплатить! Но для начала нужно выжить.

– Что? – не понял Мидас. – Почему?

– Потому что… – приободрившись, Карн споро зашагал во тьму, поддерживаемый с одной стороны фригийским царем, с другой – Заком. – Потому что сзади… еще двое.

И они побежали. Сквозь холод и мрак, по многоуровневому лабиринту древних ходов, вырубленных в сердце могучей скалы тысячи лет назад руками, что давно сгинули, либо (те, которым повезло больше) трудятся теперь в небесных кузнях Чертогов Доблести.

Их вел Карн, слепец, что видел больше любого зрячего. Его энергетический взгляд постоянно натыкался за поблескивающие матовым золотом рунические знаки. Он не мог прочесть их, но видел суть – знаки указывали на единственно верный путь. Остальные ходы, извивающиеся точно такими же ответвлениями в десятках направлений на каждом перекрестке и пролете, вели к тупикам, где их ждала смерть в ледяных объятиях тьмы, обретшей иллюзорную плоть.

Потому что еще одной схватки с сибаридой им не пережить. А здесь обитала еще, как минимум, дюжина этих монстров, – Карн ощущал их везде вокруг, и легко отличал одну от другой, ведь чудовищ вовсе не штампуют на некоей Фабрике Зла. Они как люди – каждое уникально, а в случае с сибаридами – каждая была личностью в полном смысле.