Левиафан. Черное Солнце

Парень подумал, что, быть может, стоит рассказать ему об успехе Ордена Ка-Дас? Пусть нескоро, пусть через тысячи лет, но в Арконе они полностью закроют разрыв.

– Я проведу, – Иван резко открыл глаза и в его голосе звякнула сталь. Он говорил тихо, но глубоко, так что даже Мидас на миг оторвался от еды и посмотрел на Брата Вюрда. – Но даже не думай рассказать мне, к чему это приведет! Я не могу прозреть эту часть Поля Событий, а значит – мне не нужно это знать. Однако я знаю другое. Мы сможем. Мы закроем Разрыв, полностью.

Вот только все равно проиграем. Сгинем не от когтей химеры, а от вырождения кровных линий.

«И даже я не в силах это остановить. Никто не в силах». Этих слов Иван не произнес, но Карн четко услышал их в своей голове. И было бы лучше, если бы это была просто самоуверенность…

И снова ему захотел открыть магу то, что знал он сам. Рассказать свою историю, историю Левиафана – того, кому по силам выиграть проигранную войну! Хотя и не сейчас. Ведь сейчас… он занят решением собственных проблем, если подумать – сугубо эгоистичных.

Ведь вместо того, чтобы искать Сердце Хрунгнира, восстанавливать свою память и свои силы, вместо того, чтобы бросить вызов серым и уничтожить их раз и навсегда… он ищет Ниссу. Спасает свою любовь, жертвуя, по сути, целым миром. Вроде звучит поэтично, но как-то не вселяет уверенности. И что-то вроде чувства вины шевелится где-то под ребрами…

Карн тряхнул головой, ощутив, что Иван вновь манипулирует реальностью. Он посмотрел на чародея, но тот неподвижно стоял у окна, а в его ауре не было заметно никаких изменений.

Значит – не он. Тогда парень сфокусировался на показаниях своего ментального радара и увидел, что в пределах башни появился еще один человек, судя по мощной незамутненной энергетике – тоже Брат Вюрда.

В этот момент Мидас обернулся, почувствовал легкий холодок сквозняка, пробежавший вдоль спины. В полу у дальней стены образовался квадратный проем со стороной около двух метров. Прошло несколько мгновений и из проема на каменной платформе поднялся высокий мужчина с коротко остриженными волосами угольно-черного цвета и большими аметистовыми глазами.

Он был одет точно, как Иван и тоже весь зататуированный руническими символами.

Мужчина посмотрел на хозяина башни, потом настороженно покосился на Карна с Мидасом. Иван дернул уголком губ и кивнул ему, тот кивнул в ответ и тут же заговорил.

– Беда, брат Иван, – голос у мужчины был низким, что в сочетании со взволнованной интонацией производило забавное впечатление.