Левиафан. Черное Солнце

Меж древесных стволов мелькали черными тенями проворные химеры, а над сочными кронами взмывали серые молнии крылатых трикветров. Разноголосая волна монстров с изнанки реальности, вооруженная ядовитыми когтями, желтыми клыками, хвостовыми иглами и смертоносными клювами, неумолимо катилась к ним и до столкновения оставались считанные секунды.

– Круг! – проревел Иван и фланги Золотого Крыла сомкнулись, оставив пространство, достаточное для того, чтобы в него втиснулись еще два воина. Эти места заняли Мидас, обнаживший клинок Стража рассвета, и Зак, который где-то нашел новый щит.

Карн остался в центре построения и раскинул руки в стороны, подняв невидящие глаза к голубому небу, из которого нескончаемым потоком хлестали струи колдовского дождя.

Забавно, подумал он, ведь именно так начинался их путь в этом временном витке. С дождя. Сейчас тоже шел дождь, точно такой же. Но мир уже изменился. И дальше все будет по-другому. Тогда их встретил дождь и разбитое сердце. Сейчас будет просто дождь, Карн поклялся себе в этом.

И каждый из них – Иван, Мидас, Зак, Танай и еще одиннадцать золотых воинов – поклялись себе в том же. И все они сдержали свои клятвы. Вот только пережили тот бой не все.

Глава 8. Золотое Крыло

Они бились, как одержимые. Собственно, у них не было другого выбора – Разрыв выбрасывал в Ра сотни и сотни чудовищ и все они черным шквалом накатывали на горстку бойцов, которые никак не желали умирать.

Карн не мог припомнить более ожесточенной битвы, даже под стенами Гелиополиса было иначе.

Возможно, так лишь казалось, ведь в сражении за Город Света он был на стороне атакующих, а здесь – держал оборону. И с каждым мгновением эта оборона становилась все менее устойчивой, но отступать им было некуда.

Он застыл на коленях внутри оборонительного круга и контролировал сразу девять порождений Лимба. Мог и больше – чувствовал в себе достаточно сил, но их стоило приберечь для критической ситуации, которая могла наступить буквально в любой момент.

Справа две химеры, опутанные его ментальными тенетами, рвали в клочья своих товарищей. По воле «кукловода» одно из хищных тел, покрытых жестким черным хитином, взмыло в воздух и продолговатая пасть с тремя рядами мелких треугольных зубов впилась в горло пролетавшей мимо гарпии. Крылатый монстр задергался в конвульсиях, неистово клекоча. Химера увлекла гарпию на землю, где со смачным хрустом раздавила ей шею, отделив голову от тела.