Переулок блуждающих огоньков

«Надо-надо, достали вы меня уже своим «надо»… Вот скажи, демоны руки моют?»

«Ну-у-у, вообще-то нет, нам незачем».

«А чё так?»

«Наша кожа сама по себе вырабатывает дезинфицирующую щёлочь, так что мы, считай, всегда чистые».

«Блин, хочу быть демоном…» - обречённо вытираю я руки и бреду на кухню.

«Кхм, - пытается не смеяться в голос контрактник, - я бы был поосторожнее с такими желаниями, многие демоны всю жизнь сожалеют, что являются представителями именно этой неблагодарной расы».

«А почему неблагодарной?»

«Ай, ладно… Не важно», - отмахнулся демон, снова впадая в прострацию, что-то зачастил он с этим в последнее время, не порядок.

Я присаживаюсь на стул, и мы с Мариной начинаем сверлить друг друга недовольными взглядами, видимо ей тоже от старика влетело, он у нас хоть и сухой иногда, но чувством справедливости не обделён. Поэтому всегда нам от него прилетает одинаково, независимо от того, кто прав, а кто виноват, его политика такова: «если между мной и Мариной есть конфликт, значит, в той или иной степени виноваты обе».

Вся напряжённая атмосфера на кухне разбавляется Лекой, принёсшим тёплую улыбку, что вмиг отразилась и на наших ещё недавно хмурых лицах. Вот умеет он одним лишь взглядом заставить людей чувствовать себя хорошо, как ему только это удаётся, ума не приложу.

- Марина, пахнет бесподобно, - он присаживает рядом со мной и, по-прежнему нежно улыбаясь, наблюдает, как Марина, блистая ярким румянцем, смущённо накладывает порции и ставит их на стол.

- Кстати, а что случилось? – наконец, обратил он внимание на меня.

- Эта стерва опять распускает руки! В этом доме снова творится полное беззаконие… - пока я выливала брату душу, не замечаю, как в руке присевшей рядом Марины появляется крестовина, благодаря которой моё лицо мгновенно оказывается в тарелке.

- Она первая начала! Она меня не послушалась! – стала настаивать на своём Марина, но уже её лицо, по воле Леки, отправляется исследовать тефтелько-макаронные глубины.

- Нельзя баловаться за столом, - спокойно произносит парень, но чья-то мощная рука окунает и его в тарелку.

- Вот, послушайте брата, хоть иногда, дельные вещи говорит, между прочим. Ну, красавицы мои, соусом писаные, - ухмыляется старик, глядя на наши живописные лица, - как блюдо? Хорошо распробовали?

- А меня-то за что? – непонимающе и даже обиженно смотрит на старика Лека, попутно стараясь вытащить фарш из волос.