Очкарик 1

- Боишься? - откровенно спросил он, шагая впереди и беззаботно насвистывая.

- Это неважно. - Вздохнула она. - Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

- Исключительно чтоб ты не боялась... Сколько их там душ?

- Десятка два, - предположила она.

- Вот и я подумал так же. У меня в запасе еще более сотни выстрелов. А убивать я могу примерно по три гнома за один удар сердца, я сейчас о скорости.

- Я думала, твоё, м-м-м, весло вышло из строя? - Она почему-то старательно избегала слова «оружие» даже на своём языке. - Тем более что ты не стал его тащить с собой?

- У меня есть ещё кое-что, - признался человек, хлопая себя по боку.

– Просто там, где живу я, в такой ситуации это было бы абсолютно несерьёзно.Эдакая импровизированная и не очень хорошая временная замена моему, э-э-э, веслу. На открытой местности - чисто на «попугать» и прикрыть своих, пока меняют позиции или заряжают… м-м-м… как бы тебе объяснить, что такое магазин к автомату…

- Не надо ничего объяснять. Я верю тебе. – Не говорить же, что большинство орков по сочетанию голоса и запаха уверенно отличают ложь девять раз из десяти.

Ну, на такой короткой дистанции точно отличают. Тем более что штука в странном чехле пахла ровно тем же набором запахов, что и то странное весло.

_________

Наблюдатель на краю временного гномьего лагеря с интересом смотрел на странную приближающуюся пару.

Командир отряда хорошо выбрал место: он так и говорил, что в этот распадок на них будут выскакивать все, кто соберётся двигаться от реки вглубь Степи.

Позиция двух с половиной десятков гномов, правда, была рассчитана на несущихся во весь опор всадников, а не на пеших. Но основательностью, как известно, дела не испортишь.

Обогнув рогатки, поставленные против предполагаемой конницы орков, первым сейчас к ним уверенно шагал человек. Следом за ним топала пешком (три раза ха-ха) молодая, но симпатичная орчанка. Рабского ошейника на ней ещё не было, но сложенные впереди ладонь на ладонь руки, и опущенный в землю взгляд, ясно говорили о её текущем, так сказать, социальном статусе.

Часовой задумался, не обращая внимания на пристальный взгляд хумана в странной пятнистой одежде.

С одной стороны, бивак был заслоном.

С другой стороны, в качестве задачи им определялись никак не хуманы или их рабы (особенно если те шли пешими и были бабами).

По связному амулету старшему лагеря вроде бы даже передали с час тому, что больше никого ждать точно не приходится: кого надо, переловили и без них.