Кальдур Живой Доспех I

Закрыл глаза, задышал размеренно и глубоко, и потянулся в глубину. Доспех нехотя отозвался, пытаясь разобраться в его желаниях. Получилось на удивление просто, может быть, потому что Кальдур уже умел усиливать своё зрение.

Серые цвета в камере усилились, изображение стало резким и контрастным, он смог разглядеть каждую лохмушку пыли и каждую трещинку на неровном полу из неотёсанного грубого кирпича.

И стал слышать буквально всё, что происходило в округе. Шаги тяжёлых ботинок по каменному полу, треск факела, кашель, стон, всхлип, звон цепей, поворот ключа в замке, сразу несколько разговоров, зевоту, покачивание на спинке стула туда-сюда, работа пером по бумаге.

Сосредоточился и попытался вспомнить голос Дукана. Вышло не сразу.

— …. молодой человек как ты… И какова же цена? Что они тебе обещали? — Кальдур услышал Дукана, спокойного и уверенного, будто бы он сам вёл допрос.

Голос старика прервался от удара, Дукан сплюнул на пол.

— Думаешь, меня можно купить? — Анфлис не скрывал презрения в своём голосе.

— Всё куда прозаичнее, старик. У них моя сестра. Если я буду делать свою работу хорошо и докажу свою верность, её отпустят. Я к тому времени подготовлю ей должность, чтобы её уже не тронули.

— Верность, — Дукан рассмеялся, словно это слово заменило целый анекдот.

— Я верен только себе и за счёт этого моя совесть чиста, старик. Ты был прав, я ни разу не солгал тебе. Я просто пытаюсь выжить и мне наплевать на ту, что сидит на троне этого королевства, и что она будет делать. Если её сбросят, значит, я найду себе тёплое место у тех, кто это сделает.

А нет — буду служить ей. Я бы сказал, что нет ничего личного, но оно есть.

— И что же? — Дукан заинтересовался, но его сердце, похоже, всегда билось в одном ритме.

— Мой отец запомнил тебя и не раз рассказывал о тебе, когда я уже стал взрослым. Посвящал меня в дела семьи. Он помнил тебя не как друга при дворе и товарища по военной службе. А как убийцу брата. Да. Он знал о том, что ты сделал. И всё поражался, как ты можешь так хорошо отыгрывать искреннюю дружбу и заботу.

Он знал, и всё искал способ отплатить тебе. Не хотел просто так убивать тебя. Но ты оказался крепким орешком. Так и не удалось разыскать людей, которые были бы тебе близки или оказались важными родственниками. А он очень хотел. Война и смута помешали этим планам. Но теперь я смогу закончить это дело вместо отца.

— Напомни.

— Прости-и?

— Имя твоего дяди.

— Зимнис.

— А-а-а, — Дукан зашёлся хриплым смехом. — Как же я мог забыть.