Верравия. Ключ Отца

У твоего фейры — что-то вроде Сонливости или Усталости. Хрен разберешь. Не парься, часов двенадцать или сутки — и твой хомяк опять будет бегать как подорванный.

Ох, повезло, что Латрон купился на мой рассказ о божественной неприкосновенности. Неделю он меня трогать не будет. А в идеале пора уже и самому научиться себя защищать. Благо, насшибал чуток очков навыков и способностей. Таланты можно прямо возле столицы на мобах подтянуть.

 — Ну что, будем сопли стоять жевать или уже на задницу упадем в «Пьяной Сове»?

 — Пойдем, — согласился я.

Хотелось уже побыстрее покинуть квартал голгор.

«Пьяная Сова» оказалась большущей питейной, заставленной широкими столами, находясь сразу за моим магазинчиком, хотя пройти сюда можно было только дав большого кругаля. Судя по обилию грязи, противному запаху прокисшего пива и многочисленным уборщикам (из расы людей — случайность ли?), мывшим полы «по-морскому», вчера тут было весело.

Мы уселись в углу, после чего я заказал поесть — себе, Хло и Свете.

Игорь с пренебрежением отказался.

 — Вообще не понимаю, какой смысл есть и пить в компьютерной игре.

 — А у тебя модель виртшлема какая? ­— с набитым ртом спросила Сетта.

 — 2.894.7.

 — Это еще до «тройки», что ли? Не знала, что такие вообще «Верравию» тянут. Больше для симуляторов средней руки.

 — Я же не олигарх хитровыдуманный. Свой шлем с рук у тетеньки одной взял, она его под эроигры заточила. Знали бы вы, какие ощущения в борделях…

 — Фу, все, аппетит испортил своим эрошлемом.

 — Я думал, что в «Верравию» играют, ну, как бы сказать… — подбирал я слова, чтобы не обидеть Свету. — Очень богатые люди.

 — Да, в основном мажоры и играют, — подтвердил Игорь. — Но и нас, рабоче-крестьянского класса, хватает. Мажоры, они чего делают? Всякой пассивной некрофилией занимаются?

 — Э-э-э?..

 — Тут очень непростые люди играют, — принялась объяснять Света. — Чиновники, депутаты, бизнесмены.

За ними в обычной жизни повышенное внимание, а тут непонятно, кто скрывается за личиной драмана или человека. Вот они и пускаются во все тяжкие.

 — Игроки, тоже мне, — фыркнул Игорь. — Так, плесень подбордюрная. Большинству и не нужны эти рейды, прохождения. Зависнут в борделях или Веселом Доме…

 — Ну вот я же играю, — парировала паладинша.

Надо будет выяснить, кто она все-таки такая, потому что контингент и в самом деле разный.