Верравия 3. Вторая столица

Остальные волколаки уже сбросили с себя маску безразличия и с интересом крутились вокруг меня, обнюхивая одежду.

– Ну что, тогда побежали?

Вожак двигался в арьергарде нашего отряда, безошибочно определяя каждую засаду. Нет, умный горный волколак не бросался в кусты сломя голову, он лишь садился на месте, поворачивал голову ко мне и показывал лапой на цель. А вот я уже угощал меглуса стрелой, заставляя того выбираться из укрытия, чтобы поблагодарить за подарок. Тут уже с мобом довольно обстоятельно беседовали мои четвероногие друзья.

Меглус понимал, что был не прав, осознавал всю тщетность своего бытия и прекращал полную жизнедеятельность от неразрешимых внутренних противоречий … ну и еще разве что от рваных ран.

А я что? Я был доволен как удав. Скиллы остались в целости и сохранности, а двигался отряд меж тем достаточно бодро. Вообще, мне почему-то казалось, что мы должны обежать вокруг горы и вернуться обратно (еще удивлялся, как времени должно хватить), однако вышло все по-другому. Тропа все время виляла из стороны в сторону, ныряя в расщелины, а порой уходя и в самые настоящие пещеры.

В них водились «креслы», перекормленные крысы с гипертрофированными когтями. Вот с ними пришлось повозиться – эти твари пару раз серьезно задели волколаков, благо их сильный урон компенсировался слабой защитой и низким количеством здоровья. Слетали заразы с двух ударов.

Наконец мы вновь выбрались наружу. Я услышал голоса толпы, переговаривающихся и волнующихся участников, но моему взору открылась еще одна прелюбопытная картинка – посреди дороги стояло самое приятное существо, которое приходилось видеть.

Если только не брать во внимание многочисленные каменные шипы на плечах и руках, злую вытянутую морду и крылья. Больше всего походило на горгулью, что курит бамбук на крыше собора Парижской Богоматери, вот только явно эту животинку в детстве очень хорошо кормили. Ишь как вымахала.

Почему-то мне стало жалко своих волколаков. Не ровен час отправит кого из них, не глядя, прямиком к Тайнори, а я уж не знаю, он больше собачник или кошатник.

Тем более осталось всего ничего. Поэтому котелок в очередной раз забурлил и выдал новую порцию каши.

– Спасибо большое, – повернулся я к вожаку и ласково потрепал его за холку, – но с этим балбесом я справлюсь. А вы уходите, хорошо?

Волколак с сомнением склонил морду на бок, потом громко рявкнул, говоря что-то остальным, и повернулся в обратную сторону, к пещерам. Еще мгновение, и вся стая скрылась из виду.