Тени Уничтоженных Империй II. Тень Надежды.

– Что вы, это нормальные люди, полгода точно отработать смогут. А вот этот и этот, – пузатый указал рукой на Стена и на ещё одного заключённого, – так они и год, а то и два выдержат.

– Что то он выглядит больным, – бросил взгляд на Стена тот, что был в плаще.

– Слушайте, этот – легионер, дезертир. Он и не в таких условиях выживал. У них сами представляете, какая подготовка. Так что, пара тарелок горячей каши, и он будет здоров, как бык.

– Возможно. А этот, хиляк? – шляпник указал рукой на паренька, стоящего в самом конце строя.

– А этот, вообще, наша гордость. Грамотный, читает быстрее, чем я говорю. Считает до таких величин, что и я представить не могу.

– Ладно, хилого берём. Его, его, и этого. А ещё вон тех двоих, и этих троих. И его, – последним он указал на Стена. – Остальных можете уводить. Да, надеюсь, нам больше не попадётся ненормальный.

– А что, у вас что-то произошло? – осведомился толстяк, показывая тюремщикам рукой уводить обратно тех, на кого не пал выбор незнакомцев.

– В прошлый раз нам попался какой-то демонопоклонник. Он напал на одного заключённого прямо посреди пути, перегрыз ему горло. Всё кричал, что книга приказала ему собирать души для его демонического бога. Пришлось нам убить сумасшедшего. Потеряли сразу двоих.

– Вот это да! – удивился толстяк. – Не думал я, что у нас такие сидят. Знал бы, лично сжёг на костре.

– Верю. А теперь, помойте их и приоденьте во что-нибудь поновее.

Дорога длинная, и мне хотелось бы довести их всех до Нистафана живыми, – шляпник брезгливо посмотрел на оставшихся заключённых. – А мы с вами пройдём и подпишем все документы, заверяющие нашу сделку.

И трое торговцев живым товаром, сопровождаемые двумя охранниками, направились в здание. Когда же за ними захлопнулась дверь, тот тюремщик, что вытащил Стена из камеры, приказал всем отобранным покупателями людям следовать за ним. Они обошли несколько строений и вошли в большой покосившийся амбар.

Там их уже ждал кузнец. Он снял оковы с их рук и его место заняли слуги, принесшие воду для мытья. Стен сорвал с себя клоки одежды и принялся омывать свою кожу холодной водой. Он посмотрел на других заключённых и, видя, насколько они худы, взглянул на своё отражение в ведре. Сперва он себя не узнал: его лицо сильно исхудало, а скулы натягивали серую кожу так, что складывалось ощущение, что она сейчас лопнет.