Интербеллум. Будет кровь

Оба его «майзера» валялись на полу, а левой ладонью он зажимал рваную рану от картечи на правом плече.

— Рамон Рохо твой родич? — спросил я, переступая через трупы. К сидящему на полу пижону я предусмотрительно не приближался. И следил за его руками.

— Дядя по матери, — голос у бандита был хриплым от боли.

— Проваливай к нему, — велел я, — и передай, что утром я приеду сам. Пускай ждёт меня через два часа после рассвета.

В ответ пижон рассмеялся, хотя слышно было, что смех причиняет ему боль, бередит рану.

— Сколько пафоса, — выдавил он. — Через два часа после рассвета…

— Ты слышал меня, — бросил я. — Проваливай отсюда, или мне тебя пинками погнать?

Он с трудом поднялся на ноги, всё ещё посмеиваясь, и захромал к по коридору на выход. За оружием даже не потянулся.

[1]Розалийский балкон или балконет — тип балкона, не имеющего собственной балконной площадки: ограждение устанавливается непосредственно в проёме с наружной стороны, прямо перед дверью. Возможен также вариант с площадкой, но очень узкой, достаточной лишь для того, чтобы можно было поставить ногу («выйти на балкон»).

ИНТЕРЛЮДИЯ

Рамон выслушал Эстебана и велел тому отправляться в лазарет. Тратить на непутёвого племянника аквавит были немного жаль, но кровь — не водица. Да и бойцов он потерял слишком много. К исходу ночи их осталось меньше десятка, а полностью здоровых и готовых драться лишь пятеро. Шестеро, если док поставит Эстебана на ноги до утра.

— Два часа после рассвета, — покачал головой хозяин гостиницы, старый сподвижник отца Рамона, накачивавшийся дрянным самогоном с самого начала ночи.

— Ловкий малый, ничего не скажешь.

— Да, — кивнул Рамон, — заляжет на дно где-нибудь в городе и отоспится. А моим парням сон не грозит — будут караулить его. Bastardo. Он ведь был в руках у Мигеля, и тот упустил его.

Хозяин гостиницы «У северных ворот» рассказал обо всём Рамону, но веспанец лишь кивнул, принимая его слова к сведению. Сводить счёты со стариком было глупо, хотя и очень хотелось Рамону разбить эту ухмыляющуюся рожу.

Остановило не столько присутствие сына хозяина, тёршегося рядом, сколько тот факт, что мордобой не добавит популярности Рамону. Многие из бойцов дрались под началом старика, сейчас управляющего гостиницей, и они уж точно не одобрят подобный поступок.

Перестрелки в городе почти сошли на нет, и теперь Рамона беспокоил только этот ублюдок, перебивший столько его людей. Он бросил вызов Рохо и поплатится за это.