Кальдур Живой Доспех III

Дукан нахмурился и застыл за спиной Кальдура, Розари разогнула колени, опустила руки и в недоумении обернулась на неё, а крылатые твари перестали издавать угрожающие звуки. Пользуясь всеобщим замешательством, Анижа вдруг сорвалась с места.

— Нет, Анижа! Это плохая идея!

Кальдур крикнул слишком поздно, да и вряд ли бы это удержало Анижу. Она решительно спрыгнула вниз, в шахту, быстрыми шагами подошла и склонилась над первым из птенцов, протянула руку к его морде то ли давая обнюхать себя, то ли пытаясь погладить.

Угрожающий высокий писк не остановил её, тонкие морды повернулись к ней как по команде, показались длинные ряды острых коротких зубов.

Пасть птенца раскрылась и устремилась к руке Анижи с быстротой молнии. Розари уже была рядом и была полна решимости больше никогда не давать подругу в обиду. Сверкнуло лезвие, и голова птенца покатилась прочь. Анижа только сейчас вскрикнула и отпрыгнула назад. Ещё несколько ударов и всё было кончено.

— Не надо было этого делать, — Анижа расстроенно смотрела на ещё истекающие кровью тела вирмов.

— Мы должны делать то, что должны, — ответил ей Дукан. — Даже если это кажется нам неправильным или не нравиться. Каждая жизнь этой твари спасла десять жизней наших товарищей. А может и сотню. Соглашусь, что не зря сюда заглянули.

— Если это были птенцы… то где их мать? — задумчиво спросил Кальдур.

Видение 27. С молоком матери

— Чёрт, а это приятно.

Кальдур снова коснулся босыми ногами клочка свежей и пока ещё короткой травы, переступил с неё на мягкую и ровную землю, прошёлся туда-сюда.

Без надоевших каменных выступов, гальки и торчащих кусков скалы — это было невероятным ощущением. Наконец-то они спустились.

— Ты бы присел, парень, да отдохнул как следует, — Дукан посмотрел на него с осуждением. — Порадуешься простым вещам, когда всё это закончится.

Кальдур махнул на него рукой, обогнул ещё несколько кругов вокруг их лагеря, и довольный вернулся к костру.

Вечерело. Спуск от Свистуна занял у них раза в три меньше времени.

Они буквально завернули за угол, спустились с пологого склона и до ночи оказались на равнинах. Их всё ещё окружали горы со всех сторон, но последующий путь до настоящих низ не предвещал никаких осложнений. Они устали с дороги, но весь спуск с гор без холода и тяжёлого дыхания, показался им приятной прогулкой. Настроение у всех было хорошее, за исключением Анижи, она ещё дулась на всех и почти не разговаривала.