Верравия 4. Сердце Империи

Судьба, будто в насмешку, щелкнула пальцами и далеко внизу, у первых городских ворот, послышался шум и голос Глостера. Гном о чем-то гневно переговаривался со стражниками.

– Пойдем, посмотри, – сокрушенно сказал я Эдегару, – ты, кстати, слышал про храм?

– Конечно, только ленивый об этом не говорит. Ты все исправил?

Я внимательно посмотрел на Эда. И он туда же. Лок, лидеры Альянса, даже последний боец-нейтрал думает, что Понтифик обязательно что-нибудь придумает. Вот эту уверенность бы Верховному жрецу. Ну еще и соображаловки, чтобы действительно докумекать, как из этой ситуации выбираться.

Хотя, вот с Эдегаром, похоже, другое. Он искренне верит в меня. Даже как-то неловко стало.

– Нет. Там из «Миротворцев» один таок с навыком Возведение прошелся раствором каким-то, камни на полу переложили, но эффекта никакого.

– Да уж, «темные» не дремлют.

– «Темные». Вредитель как раз из наших, из «серых». Перекупили. Хотя ты прав, все следы идут к «темным». Одно хорошо, благодаря этому перцу, вычислили еще нескольких предполагаемых крыс.

Прочесали, так сказать, ряды. Но если честно, Эд, что делать с этим храмом, ума не приложу. Слышал про Урогорос?

– Да.

– А больше городов на пути «темных» нет. Теперь прямиком к Йорану. А у нас тут фигня такая.

– Если ты не можешь снять осквернение, то, думаю, надо попросить Бога.

– Эд, вот ты голова, что бы я без тебя делал? Точно, надо лишь попросить Лока. Самого ленивого из существ. Того, который сказал, чтобы я сам со всем разобрался.

– Ну я просто предложил, – пожал плечами лесник-контрабандист, – можно и не просить, а провернуть так, что он все сам сделает.

– Это как?

– Не знаю уж, как там у вас, но всегда было, если долго приносить Богу дары, то он тебя вознаградит. Даст то, чего ты хочешь. Но и Перворожденному надо предложить что-то интересное. Вот что Лок любит?

– Ничего не делать, но я твою мысль понял, – кивнул я, переводя взгляд на ворота, до которых оставалось пара десятков метров, – и, похоже, есть одна идея. Хотя, конечно, дело не в дарах.

– Ты все исправишь, я еще не встречал такого таока.

– Извини, Эд, но у меня есть девушка.

– Да ты что, я же не в этом смысле… Ну, то есть…

– Расслабься, я шучу… Так, что здесь происходит?!

– Вот, ироды, привязались!

Глостер сказал это без злобы, даже с какой-то досадой. И выражение лица сделал соответствующее, говорившее, что он тут самый белый и пушистый, а его вечно хотят под монастырь подвести.

Я обошел лучника и взглянул на предмет споров. Телега.