Ведьмак

Теперь колдунья осталась одна, совсем одна против гигантской паразитической осы, порабощающей разум своих жертв, а затем откладывающей в них яйца.

Вероятно, та же участь ждёт и её. Этой осе, правда, откладывать пока нечего. Но, возможно, у них есть целый склад будущих носителей. Они лежат там, неподвижные, почти мёртвые, пока не придёт их время.

А может быть… Может, ей повезёт, и её сейчас просто сожрут. Может быть даже пощадят Хугина — что с него взять? Носитель из него так себе, слишком мелкий, мяса в нём тоже не особо.

Ну, с точки зрения огромной осы, конечно. Да, если уж умирать, то пусть лучше так. Тихо, спокойно, безболезненно.

Стоп. Почему это безболезненно? А как же поломанные рёбра, или что там ей повредила оса? Вспомнила, и тут же почувствовала. Правда, ненадолго. Сил сопротивляться ментальной магии твари не оставалось. Джин села на землю, меч аккуратно положила на плащ — и потеряла сознание.

***

Открывать глаза не хотелось. Совсем. Было тепло и как-то очень уютно. Будто бы снова лежит она в мягкой постели, что на втором этаже небольшого домика с синей крышей.

Их домика. И никаких дальнейших событий пока не произошло, и всё ещё хорошо. Вот к ней подходит Ричард, целует, и совершенно неожиданно произносит:

— Хватит. Я понимаю, ты пытаешься облегчить её боль, но ещё чуть-чуть — и она застрянет в иллюзии навсегда.

Иллюзия. Ну, разумеется. Не могло же всё просто быть хорошо. Хотя какая разница, что иллюзия? Не трогайте её, оставьте здесь, здесь, в этой уютной кровати, в этом домике, с этим мужчиной, до того, как она узнала… Резкая боль в боку.

Память возвращалась к Джин резко, жёстко, вместе со вспышками боли, хоть и не такими сильными, как следовало бы ожидать. Вспышка. Оса. Вспышка. Загипнотизированный Хугин опускается на ветку дерева. Вспышка. Жало с силой ударяет по телу, рвёт куртку, соскальзывает по кольчуге. Вспышка. Меч аккуратно ложится на подстеленный плащ. Вспышка. Темнота. Боль.

— «Ведьма».

— Это невежливо. Я понимаю, для вас такое обращение нормально, но её всё же стоит называть по имени.

Что реально, что нет? Слышится ли ей голос Ричарда, или он и правда здесь? Смысл его слов не доходит, ускользает. С кем он говорит? Не с ней ведь.

— «Джин», - шелестящий голос в голове.

Боль в боку меньше, чем следовало бы ожидать. Кроме того, корпус будто стянут тугой повязкой, какую накладывают при переломах рёбер. Ну, всё верно. Ведь, судя по всему, именно их ей и сломали.

А вот дальше паззл складываться никак не хотел.