Паладин неприкаянный

Всю ночь пил, танцевал, колобродил — а наутро ничего не болит.

— Проснулся?

Я повернулся на голосок Марты, и вздрогнул. Новоиспечённая племянница увлечённо ковырялась скальпелем в моей правой руке, небрежно смахивая капли крови на белую простыню.

— Что ты дёргаешься? Болевые рецепторы я тебе отключила. И не сопи так недовольно, мне надо проверить как идёт регенерация. Орать не вздумай, Хильд разбудишь.

Я повернул голову — моя валькирия тихо-мирно пускала слюни на подушку рядом, и чему-то улыбалась во сне.

— Поздравляю, кстати, зятёк.

— Спасибо, э... свояченица? Племянница? Как мне теперь тебя называть?

Пепельноволосая девочка отложила скальпель и провела пальцами по моей руке. Раны исчезли, оставив только кровавые разводы на коже.

— Можешь обращаться ко мне по имени-отчеству. Марта Икариевна, — Марта поднялась со стула, спрятала скальпель в балахон. — С рукой я закончила. Можешь снова её резать, ломать, варить в кипятке или что ещё придумаешь. Практика мне не помешает. Как позавтракаешь, подходит в мой кабинет.

— Зачем?

Марта посмотрела на меня с сочувствием.

— Учить буду тебя, балбеса необразованного. Или ты из тех дуболомов, которые считают, что сила есть — ума не надо?

...

Так и началась моя размеренная семейная жизнь. Даже как-то непривычно было поначалу: без сражений, внезапных нападений и прочей нервотрёпки. Однако через неделю я уже вошёл в ритм деревенского быта. Поздний подъём, завтрак, учёба с Мартой (ну и вредная из неё вышла учительница), обед. Потом тренировка с Хильд, которую мы заканчивали то в бане, то в спальне.

Ну а вечером, после ужина, я собирал всех домашних в зале, и рассказывал им сказки. Просто пересказывал увиденные фильмы, сериалы, прочитанные книги. А иногда из головы придумывал. Марта надменно фыркала, и язвительно указывала косяки в логике моих историй, Игор посмеивался в бородку над пикантными моментами, Хильд смеялась в голос после каждой незатейливой шутки. А Глинда и Дара слушали открыв рот, словно маленькие дети.

Впрочем, истории рассказывал не я один. Начались дожди, выходить в серую хмарь за порог желания не было. Так что оставалось только сидеть в зале у разожжённого камина и травить байки. Теперь уже я открыв рот слушал столичные анекдоты в исполнении Марты, армейские байки Игора, студенческие истории Хильд.