Роркх. Потрошитель

А я сделал шаг в сторону и встал за спиной Фина. Если живность с сюрпризом и вдруг рванет, то не хотелось, чтобы меня заляпало этим дерьмом.

— Фин, что…

— Просто смотри, Люц.

Пи-пи-пи… хомяк принюхивался к мертвой Гончей. И внезапно случилась импова хренотень. Знаете, как белка-летяга расставляет лапки и становится похожа на мини ковер-самолет, видели такое? Тоже самое, только другое, сделал и хомяк.

Показалось, что на дохлого монстра резким движением накинули простынь, полностью укрыв его. На самом деле, вовсе не кусок материи, а пасть маленького зверька многократно увеличилась в размерах, и он полностью поглотил Гончую.

Все произошло в мгновение ока, и так же стремительно хомяк вновь стал привычного размера. Если бы не последовавшая отрыжка, как у слона, то подумал бы, что мне померещилось.

Но нет, всё произошло взаправду. Туша исчезла, на ее месте, в отвратительной вонючей луже, сидел лишь маленький писклявый хомяк. Малыш громко отрыгнул и выплюнул пушечное ядро, видать не по вкусу пришлось.

— Ах ты ж, засранец, перепачкался весь, — Фин поднял и удерживал своего питомца за холку двумя пальцами и недовольно кривился.

— Не хочешь ничего сказать? — я не настаивал, но вроде как при подобных странностях принято было обрисовать картину хоть парой слов. Ну там: «сам в шоке, это не мой хомяк, меня присмотреть попросили» или что получше — «не бойся, он не кусается».

— Это и есть список, Люц, такие вот превратности судьбы. Если Богиня взяла тебя на карандаш, то скорее всего тебя сначала грохнут, не факт, что быстро и безболезненно, а потом сожрёт плотоядный хомячело. Прикол, да?

Ага, ещё какой прикол, тут куда ни плюнь, везде прикол. Я осмотрелся вокруг, а взглянуть было на что. Наше недолгое присутствие на этой улочке обозначилось постапокалиптической картиной.

Перед разрушенным фасадом здания, словно горная река в половодье, на половину улицы разлилась зловещая зловонная лужа, оставшаяся после Гончей. Среди сгустков крови и ещё чего-то темного виднелись и выбитые клыки.

Немного в стороне обезглавленный пушечным выстрелом труп ханта. Длинная кровавая дорожка на мостовой и фаршеобразные остатки еще одного игрока, ставшего жертвой старинного орудия.

И как вишенка на торте — мерно покачивающийся труп на ветке.